Мне снова приснится Максим, а утром я буду сожалеть, что его нет рядом. Удивительно: несколько ночей, заинтересованность, забота, немного нежности, и вот я уже утопаю в страданиях. Говорят, что только с самыми близкими мы готовы делиться проблемами. И сейчас обо всём мне хочется рассказать именно ему. Он бы нашёл слова, которые спасли этот день.

Но на смену мыслям о том, кто теперь просто сосед по офису, приходят иные: неожиданные, вероятно, сумасшедшие, но кажущиеся единственным выходом из непростой ситуации, приправленной изнывающим сердцем.

Выхожу из машины, попутно перебирая содержимое сумки в поисках ключей, когда раздаётся громкое:

– Сюрпри-и-и-з!

Отшатываюсь, а затем растерянно роняю сумку. Передо мной сияющий Даня, а за ним мои родители, его мать, сестра с мужем и несколько друзей. В руках у каждого с десяток шаров и светящиеся палочки, которые создают странный эффект в темноте.

– Что происходит? – ошарашенно выдавливаю вопрос, не совсем понимая причину появления всей этой компании. День рождения у меня в сентябре.

– Любимая, – Даня опускается на одно колено, и лишь теперь я вижу на его ладони коробку, внутри которой колечко из белого золота с внушительным камнем, – я совершил ошибку. Но я тебя по-прежнему люблю и прошу стать моей женой. Ты согласна?"

"Зависаю. Словно в замедленной съёмке веду взглядом по присутствующим, на лицах которых застыло явное предвкушение. Спланированное мероприятие. Сахаров по-своему интерпретировал мои слова о реальных действиях. Именно по этой причине, он стоит передо мной на одном колене, ожидая ответа.

Но это не то, чего я хотела. И можно согласиться назло Ворону и на радость моей маме, так страстно жаждущей отправить меня замуж, но отчего-то в памяти всплывают слова Максима: «Лучшее – это то, что делает тебя счастливой». Осознаю, что, став женой Даниила, через год-два по причине отсутствия чувств и нежности, я сбегу от него в поисках настоящего счастья, поэтому ещё раз окинув взглядом группу поддержки Сахарова, уверенно произношу:

– Нет.

Разворачиваюсь, не дожидаясь комментариев и обвинений, и спокойно иду к подъезду, чтобы закончить этот чёртов день.

– Леся! Леся, ты что делаешь? – следом бежит мама, окликая меня. Отец остался на улице. Уверена, он стоял там только потому, что она заставила.

– А что не так? – резко оборачиваюсь, столкнувшись около лифта.

Моя родная женщина довольно стройная и свежая, сейчас запыхавшись, старается отдышаться, не забывая смотреть на меня с укором.

– Даня тебе замуж позвал! Второй раз! Как ты не понимаешь, он любит и сожалеет, что оставил тебя тогда.

– Да плевать мне на его сожаления. Он ушёл, а сейчас вернулся – усталый и вдоволь нагулявшийся.