Надеваю кольцо на палец, и красуюсь перед зеркалом. Чувство собственной значимости растёт на глазах.

Вздрагиваю, ощущая крепкие руки Макара у себя на талии.

В упор смотрю на наше отражение в зеркале – мы такая красивая пара. Загляденье! Очень жаль, что не можем быть вместе!

Чувствую горячее дыхание мужчины, дёргаюсь, упираюсь спиной в твёрдую грудь. Поворачиваю голову, натыкаюсь на влюблённый взгляд.

Не могу сдержать злости. Как он не понимает, что нам нельзя! Мы теперь родственники, хоть и не кровные.

– Не надо, – делаю резкий разворот, роняю шкатулку на основание зеркала. Слышу неприятный треск стекла.

Недовольно хмурю брови, безучастно наблюдая, как трещина ползёт от основания к вершине огромного зеркала.

– Что ты натворил?!

Макар разглядывает чёткую трещину в зеркале, ухмыляется.

– Отец закажет в Италии новое. Не переживай.

– Ты не понимаешь, это плохой знак! – плачу, уткнувшись в мужскую жилетку.

– Пойдём, – сводный тащит меня из комнаты. – Там пришёл Яшин, ты должна сказать ему, что ставишь отношения на паузу.

– С чего это?"

"– Не могу мириться с тем, что ты состоишь в отношениях с моим другом. Мне муторно видеть, как он за тобой ухаживает, а ты не можешь перед ним устоять. Ни в чём ему не отказываешь! Я боюсь, что это доведёт тебя до беды. Понимаешь, Ник он совсем не такой, каким кажется. Как мужик он крутой, наша с ним дружба непоколебима. А вот в плане женщин он…

– Какой?

– Ненадёжный!

– Макар, ты ревнуешь, поэтому очерняешь Ника. Ты мне нравишься, но я не могу переступить красную линию. Мама против, Макс её поддерживает. Мы не можем быть вместе! Это прямой конфликт с родителями. Я не готова расстраивать маму, потому что она ждёт малыша.

– Разве им обязательно знать о нас? – шепчет Мак, теряя терпение.

* * *Замираю, хлопаю глазами.

Вот оно! Я ведь по наивности ни разу не подумала о том, что можно любить того кого хочешь и скрывать эту запретную любовь, чтобы не расстраивать близких.

Мак подталкивает меня к непростому решению.

– У Вас уже был интим? – шепчет, нежно касаясь моей хрупкой руки.

– Нет. Ник намекал, что хочет больше, чем поцелуи и объятия. Но я считаю, что слишком рано, – опускаю глаза в пол. Мне стыдно говорить о таком с Маком, но сердцем чувствую, он должен знать, что я чиста.

– Юля, поверь! Ты мне дорога, я плохого не пожелаю. Ник тебе не подходит, он – мажор, золотой мальчик. Ты для него лишь трофей!

– А кто я для тебя?.. – шепчу, готовая сдаться. В глубине души знаю, что Мак такой же мажор как Ник, но не готова списывать его со счетов так легко как списала Яшина.

– Пока не знаю, честно. Но у меня из-за тебя головные боли и бессонница!

Не успеваем договорить, как перед нами вырастает внушительная фигура Яшина.