– Ты хочешь сказать, – саркастически усмехнулся Юра, – что в Свердловске в обычном магазине электроники продаются магнитофоны «Филлипс»? Фирменные пластинки там на полках не пылятся?
Хозяйка посерьезнела. Вызывающий тон не понравился ей, но ссориться с парнями она не собиралась.
– Папа купил этот магнитофон в прошлом году в магазине электроники, но не в Свердловске, а в Багдаде.
Юра был поражен. Багдад – столица Ирака! Оказаться в нем обычному советскому гражданину было сложнее, чем попасть в отряд космонавтов и совершить пару витков вокруг Земли. Борзых видел, что девушка не сочиняет, а говорит сущую правду: ее отец был в Багдаде и купил там магнитофон «Филлипс». Как он туда попал? Как произошло это невероятное событие? Бывают в жизни чудеса, но чтобы такие!
Лиля была довольна произведенным эффектом. Сбитые с толку гости молчали, с трудом переваривая услышанное.
– Чай еще будете? – спросила девушка.
«Какой чай! – раздраженно подумал Юра. – Я бы сейчас водки выпил, чтобы в себя прийти. Подумать только, ее отец гулял по Багдаду, Саддама Хусейна видел или не видел, но мог увидеть».
Борзых посмотрел на торжествующую хозяйку и спросил первое, что пришло на ум:
– Твой папа был в туристической поездке в Багдаде?
– Мы жили в Ираке три года. Папа в Багдаде помогал местным инженерам монтировать оборудование на электростанции.
– А-а-а… оборудование, – протянул Юра и замер с открытым ртом.
Петя почувствовал, как в животе отпустило, революция в желудке стихла, и стало так хорошо, что захотелось прикрыть глаза и унестись в неведомые края, где в магазинах продают все что хочешь. Где по улицам сказочно прекрасных восточных городов неспешно вышагивают верблюды, где седобородые старцы в чалмах на каждом углу предлагают затянуться ароматным дымом из кальяна.
– Лиля, вы из-за границы не привезли свежие записи? – пришел в себя Борзых. – До нас, до Сибири, новинки доходят с годовым опозданием.
– Отец музыкой увлекается. Я к ней равнодушна. Посмотри пластинки в коробке рядом с магнитофоном, может, найдешь что-то интересное."
"«Что можно найти в коллекции мужчины лет сорока? – подумал Юра. – “Поющие гитары”, “Ариэль”, Иосиф Кобзон, Валерий Ободзинский? Если ее папа имеет такие же музыкальные пристрастия, как мои родители, то это атас! Тушите свет, кино не будет».
Мать Юры обожала тоскливо-надрывные песни Ободзинского, иногда ставила пластинки с песнями из индийских кинофильмов. Юра не представлял, как человек по доброй воле может насиловать себя индийскими песнями, но возразить родителям не мог: вся аппаратура в семье была куплена отцом, и только он был волен распоряжаться, кому и что слушать. Но отец Юры не был тираном и ретроградом.
