Изучаю новую среду обитания. Пока достойных не нашла.

– А поточнее?

– Да я в институт в этом году поступила, вот тебе и поточнее. Всего две недели проучилась, никого еще толком не разглядела.

– Ах, так ты еще и студентка! А как же занятия?

– Наташка меня отпросила. Она считала, что я должна с ней ехать.

– И где ж ты учишься с такой внешностью?

– Где надо, там и учусь, – внезапно снова вспылила Ира. – При чем тут внешность-то? Тебе что, обязательно хочется меня обидеть?

– Да нет, я просто хочу понять, что ты за птица и зачем приехала сюда.

– Я же говорю, это Наташка так решила.

– Да не вообще сюда, в Кемерово, а конкретно ко мне домой. Ты что, никогда не видела, как фотографии печатают?

– Видела.

– Тогда зачем? Брать меня к себе в любовники ты, по-моему, не собираешься.

– Откуда ты знаешь? Может, и собираюсь.

– Неплохо бы и мое мнение на этот счет спросить.

– Спрошу, когда надо будет.

– А когда будет надо?

Руслан выключил увеличитель и положил последнюю фотографию в раствор для проявки. Ира стояла совсем близко, запах ее духов заполнил всю крошечную каморку, и от этого запаха и от близости красивой девушки голова у Руслана постепенно заполнялась какими-то посторонними мыслями, мало связанными с необходимостью выполнить редакционное задание.

– Я задал вопрос, – едва слышно произнес он. – И хотел бы получить на него ответ.

Ира стояла неподвижно и молчала. Она не отстранилась, но и не придвинулась к нему. При красном свете ее кожа отливала бронзой, и вся она казалась Руслану в этот момент не живой теплой девушкой, а статуей из раскаленного металла. Наконец она подняла руку, и Руслану почудилось, что сейчас Ира коснется его лица или даже обнимет. Но она всего лишь поправила волосы.

– Не сердись, Руслан. Я такая дура… – наконец выдавила Ира.

– Почему?

– Не знаю. Родилась такой, наверное. Даже Наташкино воспитание меня не исправило.

– Я не об этом.

– Я понимаю. Давай выйдем в комнату, здесь душно.

Руслан повесил сушиться последний снимок, включил свет и открыл дверь каморки. Ира вышла понурая, опустив плечи, снова села в кресло, но на этот раз устроилась на самом краешке, подтянув к себе колени. Руслан расположился на диване и молча ждал объяснений. Странная все-таки девица эта воспитанница Вороновой.

– Понимаешь, я всегда сначала делаю, а потом думаю… Наташка ужасно ругается, каждый раз объясняет мне, что сначала нужно думать, а потом делать, а я все равно… Сначала бросаюсь очертя голову, влипаю в дурацкую ситуацию, потом расхлебываю. Вот честное слово, Руслан, я сейчас думаю и не понимаю, зачем напросилась ехать с тобой. Ну зачем, а?"

"– От скуки, наверное, – предположил Руслан. – Наталья Александровна дает интервью, разговаривает с журналисткой, а тебе заняться нечем.