Просто зачем усложнять мне жизнь? Когда я сам не собирался принимать участие в переноске огромной капсулы. Ну, разве что призраком для разведки мог подсобить.

— Тут такое дело. Юрий Михайлович принципиально хочет, чтобы вы сами его отнесли. Не позволяет никому прикасаться к плитке, — с сожалением ответил учёный.

— Серьёзно? Он же нематериальный! — я слегка офигел от такой наглости призрачного алхимика.

— Да. Он угрожает вашим орденцам, что если кто коснётся плитки, то он материализуется и всех убьёт.

— И они поверили?

— Говорят, что нет, но никто не решается рискнуть.

— Ясно. Пойдёмте. Разберусь я с этим чокнутым алхимиком! — я закатал рукава.

Эта ситуация меня злила. Надо уже раз и навсегда приструнить этого призрака!

— Вы его только не изгоняйте, Алексей! — взмолился Дмитрий Павлович.

— А это уже как получится!

Глава 20

— Юрий Михайлович, вы тут совсем после смерти из ума выжили? — спросил я у мёртвого алхимика, серьёзно сидящего на тротуарной плитке, к которой он был привязан.

— Алексей, вы кого мне отправили? Это что за детский сад? — пошёл в наступление призрак.

— В ордене большинству уже за тридцать. Они живые, а не мёртвые, так что нечего с собой сравнивать!

— Да они точно меня уронят!

Я мотнул головой. Вот сдался ему этот скандал на пустом месте? Ещё я призрака не уговаривал мне тротуарную плитку отдать! Вот из принципа сам её не понесу!

— Юрий Михайлович, у меня и без вас дел выше крыши. Так что вы либо сейчас перестанете угрожать моим людям и позволите отнести себя в это чёртово озеро, либо мы с вами прощаемся!

— Как это прощаемся? — опешил мёртвый алхимик и выпучил на меня глаза.

— Я вас изгоню. Мне на фиг такие представления не нужны. В этом подземелье полно призраков, так что я подыщу вам замену.

Юрий Михайлович в шоке открыл рот. Но сразу же его закрыл и отплыл от плитки. Отлично! Угроза изгнания всегда с хорошо работает с этими наглыми призраками.

— Только попросите их быть аккуратнее. Может, вдвоём они меня не уронят, — взмолился Юрий Михайлович.

— Обойдётесь, — ответил я.

Макар материализовался в воздухе и решил меня поддержать:

— Михалыч, ну в самом деле! Ты тут самый древний призрак, а ведёшь себя, как ребёнок. Вон, даже Клык согласен.

Макар указал на призрачного регата, и тот кивнул.

Зубастик же остался спать наверху. Я легко его там оставил, незачем мучить уставшего питомца.

Юрий Михайлович ничего не ответил, но серьёзно задумался. Видимо, у всех после смерти свои проблемы: кто-то не способен запоминать новое, кто-то напрочь теряет логику или начинает бояться всего на свете. Как например, разбития этой мегапрочной плитки, которую из пола-то еле выкорчевали.

— Так, Вов, бери плитку, остальные осторожно поднимают капсулу, — указал я орденцам, которые ждали.