Такое скрывают глубоко в себе, даже стыдятся. А он явно сейчас не жалеет о сказанном.
Медленно убираю свои ноги с его колен, приподнимаюсь всем корпусом, ставлю бокал рядом с его на столик и подсаживаюсь к нему ближе.
То, что я сейчас собираюсь сказать — будет правдой. И смягчать я ничего не собираюсь. Моя поддержка будет совершенно искренней.
— Если ты ждешь, что я начну тебя осуждать… ты этого не дождешься. Я все понимаю. Так бывает… И не только с тобой. Но я верю, что все может измениться. Ребенок родится и… я думаю, что все изменится. Тебе не будет так на него наплевать, как тебе кажется сейчас. Просто его еще нет. Ты не видел, не держал его на руках...
— Ты как будто хочешь этого… Тебя правда больше все это не задевает? — кидает на меня свой острый взгляд. — Знаю, что ты добрая, не такая, какие меня обычно окружали… Но все же...
— Задевает, — опускаю глаза немного ниже. — Конечно это так… Но я не хочу, чтобы ты лепил из себя какого-то злодея. Просто все это очень некстати…
— Еще как некстати, — со злостью произносит Богдан, шумно втягивая в себя воздух. — Для меня было бы лучшей новостью в моей жизни, если бы все это оказалось неправдой.
Хм… А я вот об этом даже как-то не подумала. Ангелина могла придумать беременность. Хотя, она же сообщила ему о ней до того, как он заявил о желании развестись. Так что это вполне может быть правдой. Да и врать о таком глупо… Такая ложь уж точно вскроется, притом очень скоро.
— Думаю, Ангелина понимает, что в таком случае ее ничего хорошего не ждет.
За облегчением последует его злость, и тогда он точно ее не пожалеет.
— В любом случае я буду делать тест на отцовство. Незаметно для нее. Сразу после рождения ребенка.
Это умно. Не стоит ее пугать, нервировать подозрениями. Пускай спокойно выносит и родит, а там видно будет.
— Ну, если ты считаешь, что так нужно сделать…
— Я должен быть уверен, — вижу, что он тверд в своем решении. — Прости… — произносит следом, смотря на меня с грустью. — Знаю, ты ждала другого сегодня…
— Я ждала, что мы поговорим об этом. Ты даже не представляешь, насколько я переживала…
— А теперь не переживаешь?
— Теперь нет, — качаю головой, выдыхая облегченно. — Правда... Теперь я спокойна.
Богдан впивается в меня пристальным взглядом, напрягаясь, после чего делает рывок ко мне.
Я вся мгновенно слабею, когда оказываюсь в его руках, а его губы на моих.
Оказывается, я так ждала этого, что сейчас не могу себя контролировать и веду так, будто мне это необходимо как воздух. Может, даже больше. Думаю дело в том, что между нами стало все прозрачно, понятно, а то, что происходит сейчас, кажется уже правильным.
Чувствуя мою отдачу, Богдан тянет меня на себя, еще ближе, а после ловко усаживает к себе на колени, не прерывая наш сумасшедший поцелуй ни на секунду.
