Но тут собачьи зубы сомкнулись на ее плече. Марта завизжала. А затем обнаружила, что распласталась на спине байланга, отчаянно цепляясь руками за ручки на луке седла. Мощные крылья зверя стремительно возносили ее в небо.

На упряжи собаки сияли аметисты, а впереди летел еще один байланг. Марта поняла, что Стужа решила прихватить ее с собой. Не ясно, зачем — то ли в благодарность за помощь она спасла девочку от расправы, то ли решила, что та им еще пригодится. Марта подтянула ноги к животу, а затем устроилась в седле. От высоты захватывало дух и начинали дрожать коленки.

О том, какое наказание последует, даже не хотелось думать.

Несомненно, это ее самая впечатляющая выходка и самое головокружительное приключение…

Анна

Вестейн смерил Найгаарда ледяным взглядом и спросил:

— И чего же, по вашему мнению, не хватает на руке Анны?

— Метки связи вашего байланга, — торжественно провозгласил кронгерцог. — Следов укуса. Картинку на руке намалевать не так сложно. Укус байланга подделать нельзя.

— Эта “картинка” появилась из-за того, что ее зацепил Свейт, — спокойно ответил куратор.

— Как вы это докажете? — хищно улыбнулся Найгаард.

 — О способностях вашей ученицы к алхимии всем известно. Если она способна испарить крышу своей комнаты, то уж подделать какой-то рисунок на коже для нее не составит труда.

— Она может отдавать приказы Свейту.

Но и на это у правителя Севера был готов ответ:

— Вы можете уговорить своего байланга на что угодно. В том числе — слушаться другого человека. Это не доказательства. Укуса на ее руке нет. Значит, ритуала не было. Или у вас есть свидетели?

Вестейн скрипнул зубами, а я медленно выдохнула. Нападки кронгерцога оказались неожиданностью.

Но я быстро сложила все факты. И то, как внимательно он рассматривал мою руку в коридоре, и смутное ощущение, что с меткой Тиры что-то не так. Это с моей меткой что-то не так. Не хватало укуса и какого-то ритуала. Нужно решить эту проблему и потянуть время. И, кажется, я даже знаю, как именно.

Я бросила многозначительный взгляд на Вестейна, а затем — на мать.

Куратор выпустил мои ледяные пальцы и шагнул к Найгаарду:

— Разумеется, я попытался прервать ритуал, она же адептка. Но метка все равно проявилась, как и чувства.

Вам остается только смириться с этим.

Найгаард подался вперед и заявил:

— Ничего подобного! В древних летописях упомянут ритуал. Если его не было, ваш брак нельзя считать настоящим. Перерожденный, позвольте Северу наказать своих смутьянов! Вестейн Ааберг предстанет перед трибуналом Академии за совращение адептки, а девушку герцог Скау заберет на Запад. В конце концов, мы успели вовремя, и ее честь не пострадала…

— Ну как вам сказать… — пробормотала я, а Вестейн многозначительно прокашлялся.