Скоро впереди показался тупик, которым заканчивалось ущелье. Здесь герцогиня остановилась и положила руку на морду своего байланга. После этого она приказала:

— Вестейн, организуй работу своих адептов. Я буду наблюдать сверху.

С этими словами герцогиня вскочила в седло, и собака взмыла в небо. Холод внутри разочарованно уснул, и я едва зубами не заскрипела от досады.

Тут куратор повернулся к нам и бесстрастно произнес:

— Ваша задача — обследовать ущелье, найти проблему, справиться с ней без нашей помощи.

— Это что — экзамен? — ужаснулась я.

— Приказ Правящей герцогини, — пояснил Вестейн. — Вперед.

Я скептически посмотрела на Чейна. Снова работать с ним? Что-то не хочется…

Тут куратор внимательно оглядел мое лицо и сказал:

— Чейн… Иди, Анна тебя догонит. Мне нужно сказать ей пару слов.

Парень сначала удивленно воззрился на него. Но затем ушел с таким снисходительным выражением лица, что я едва удержалась, чтобы не выдать ему в спину какую-то колкость. А затем над моим ухом раздался шепот Веста:

— Что случилось? Ты сама не своя после выходки байланга.

Я убедилась, что Чейн отошел достаточно далеко, а правительница парит над дальней стеной ущелья. И только после этого повернулась к Весту и также тихо сказала:

— Я почувствовала нечто странное. И, похоже, ее собака пыталась показать мне это. Думаю, это именно то, что мы ищем.

Куратор нахмурился:

— Что — это?

Я развела руками:

— Не знаю. Похоже, амулет. Может, есть какое-то приметное украшение, которое она всегда носит? Мне пришлось оказаться совсем близко, чтобы ощутить его.

Вестейн задумался, а я шепнула:

— Пойду за Чейном. Нужно понять, что это за штука. Но я пока не придумала, как нам доказать наличие амулета.

Но куратор придержал меня за локоть и задал самый главный вопрос:

— Как ты это почувствовала?

Я заглянула ему в глаза и призналась:

— С помощью магии, которую принесла из Лабиринта.

Вестейн задумался. Я осторожно шевельнула локтем, намекая, что меня ждет Чейн, да и герцогиня сверху видит наши перешептывания. Мой куратор нехотя разжал пальцы и отступил на шаг. А я поспешила к Чейну.

Парень одарил меня ироничным взглядом и спросил:

— Посекретничали?

— Не твое дело, — огрызнулась я.

Чейна это ничуть не смутило. Он улыбнулся еще шире и сказал:

— Я бы давно мог выдать вас, если бы хотел.

На языке вертелось: “Может, уже и выдал”. Но я промолчала. Подтверждать его предположения не хотелось даже так.

Я обогнала его и пошла вперед, внимательно оглядывая стены ущелья. Здесь они были почти голыми, только в дальнем конце ущелья громоздились валуны, которые вызывали смутную тревогу. Поэтому я приближалась к ним медленно. Стужа зарычала первой, затем к ней присоединился Ингольф.