"Вечный. Книга III
Глава 1
Гулкие шаги канцлера эхом разносились по коридору. Зелёный мрамор с Эрха 8 переливался под ногами всесильного чиновника, словно неспокойная вода. За килограмм этого камня в некоторых частях галактики можно было выменять немалых размеров крейсер с новенькими прыжковыми двигателями.
Золотые колонны, каждая больше сотни метров в высоту, слегка светились в полутьме коридора. По бокам застыли сотни имперских гвардейцев. Они не двигались и напоминали статуи, но канцлер знал, что каждый из них может без проблем справиться со многими десятками Вечных начальных этапов.
Сейчас он направлялся к тому, кого не хотел бы видеть никогда в жизни, к главе одной из шести великих семей Галактической империи.
Канцлер подошёл к огромной двери, в которую без проблем пройдёт даже пустотный транспортный корабль. Несколько сотен метров в высоту, чуть меньше в ширину, дверь была сделана из чистейшего золота и вся исписана барельефами, повествующими о великих свершениях изначального дома.
Огромные двери медленно начали раскрываться, и в лицо канцлера дохнуло морозом.
Благо канцлер и не был обычным смертным. Он прожил уже больше восьмисот лет и являлся одним из сильнейших Вечных империи, способный разломить малый крейсер силой своей мысли или свести с ума тысячи людей за несколько секунд.
Только вот всё познаётся в сравнении...
Канцлер сделал шаг вперёд и оказался в огромном, практически пустом зале. В нескольких сотнях метров впереди он увидел одинокую фигуру, стоящую напротив невероятно огромного, арочного окна, который выходил в открытый космос.
За окном виднелись сотни крупных боевых кораблей. Мизерная часть от того, что действительно находилось на орбите Орхана — одной из шести столиц галактической империи.
— Подойди, — приказал ему ментальный голос безграничной силы. Канцлер покачнулся и едва не упал.
Хозяин этого зала стоял в нескольких сотнях метров от канцлера. Его фигура едва виднелась на фоне огромного окна. Но как бы это ни было странно, правитель одного из изначальных домов заполнял своим сознанием каждый миллиметр пространства.
Его сила чувствовалась даже на подлёте к огромной станции, что висела над столичным миром.
Канцлер поспешил вперёд, вспоминая чувство из детства, когда он до дрожи боялся своего наставника.





