— Но это лежит на поверхности.

— Ты хочешь держать под ударом западное побережье Нейстрии. От Кента до Руана — рукой подать, — просиял Берислав.

— Опять угадал.

— Ты хочешь контролировать пролив, по которому когда-нибудь пойдут корабли с севера в ту же Испанию и Африку.

— Верно!

— Других причин я не вижу, — растерянно развел руками княжич. — Сдаюсь!

— Сигурд — лучший друг твоего дяди, — пояснил князь. — Он не раз спасал ему жизнь. Он заслужил нашу благодарность, сынок! Я хочу сделать этого обалдуя немного счастливее. А поскольку сам он этого не сделает никогда, я и решил ему помочь. Думаешь, только ты один можешь совершать чудеса?

— Есть и пятая причина, отец, — пристально, по-взрослому посмотрел на него Берислав. — Ты считаешь себя хитрее других и любишь играть людьми. Вот для этого ты и устроил все это представление. В нем не было никакого проку, все можно было решить гораздо проще. Тебе просто нравится чувствовать себя тем, кто дергает за незримые нити, превращая людей в послушные куклы. Это пьянит тебя сильнее, чем вино. И в этом твоя слабость, отец. Когда-нибудь ты обязательно встретишь того, кто хитрее, чем ты, и он непременно накажет тебя за твою гордыню.

1 Могучими бондами в Скандинавии называли богатых землевладельцев, из которых позже выделилась родовая знать, хёвдинги.

2 Кент — одно из англо-саксонских королевств в Британии. В настоящее время — одноименное графство. Был населен племенем ютов, родственных данам. Располагался на юго-востоке острова. Столица — Кентербери. Его берега омывает пролив Ла-Манш.

Глава 40

Сентябрь 640 года.

— Ну, те-с! — важно произнес князь, который развернул первую в этом мире газету. — Что тут у нас?

Он, наконец, получил то, что хотел. Китаец Ли Бань специально для него сделал кофейный сервиз, качество обжарки кофе росло не по дням, а по часам, а горьковатый вкус дикой ягоды неплохо скрывало свежее молоко. Сегодня Самослав чувствовал себя абсолютно счастливым. Он и забыл уже, каково это — быть цивилизованным человеком. Стоило к этому дню идти два десятка лет. Да ему весь мир пришлось на уши поставить, чтобы сегодня получить то, что он имел раньше без каких-либо усилий. Впрочем, оно того стоило.

— «Известия», — усмехнулся он в усы. — Ну, надо же!

Название было броским, незатейливым и прижилось сразу, как родное, еще на этапе сбора материала для первого номера. Пара монахов-расстриг, изгнанных за вольнодумство из бургундских обителей, взялась за дело с яростью настоящих берсерков.

— Государь муж мой, — Мария присела в поклоне. — Я составлю тебе компанию, ты не возражаешь?

— Сама себе наливай, — приглашающе махнул рукой Самослав."

"Вообще-то, он возражал, ведь это время принадлежало только ему, но у Марии как-то получалось не мешать ему в такие минуты.