– Я уверен, что он не будет возражать и возьмет эту пару на работу в Уиндраш.
– Да, да, конечно, – с горечью ответила Рэйчел. – Уверена, что ради тебя он согласился бы взять в свой дом даже дюжину твоих бывших любовниц. Разве мой отец может тебе в чем-то отказать? Ведь ему всегда нравилось все, что ты делаешь.
– Итак, моя вторая просьба…
Услышав эти слова, Рэйчел почувствовала некоторое волнение и осторожно взглянула на Коннора.
– Почему ты так презираешь собственного отца?
– Неправда, – ответила она сквозь зубы. Коннор пожал плечами.
– Ты смогла обмануть меня.
– Да, я смогла. А вот отец не смог. Вот почему он проиграл тебе Уиндраш и вот почему я вынуждена сейчас быть здесь и выслушивать твои бесконечные требования…
– И одно из них – желание знать, почему ты так презираешь своего отца. – Коннор улыбнулся.
– Возможно, потому, что он по глупости до сих пор очень хорошо отзывается о тебе, – резко ответила Рэйчел.
– Я так и думал. Но в моих силах это изменить. Ты этого хочешь? В таком случае, Рэйчел, ты будешь обо мне высокого мнения? Если я заставлю твоего отца ненавидеть меня?
– Скажи, что ты имеешь в виду. У меня нет желания разгадывать загадки."
"Да, подумал Коннор, он мог бы загадать ей великое множество загадок. Он мог сказать Рэйчел о своем разговоре с ее отцом, а мог и умолчать о нем, и она продолжала бы думать, что ее родители обязаны Коннору тем, что до сих пор живут в имении Уиндраш. Он мог вернуть ей право на ее дом, а мог и оставить это право себе. Коннор получал удовольствие от сознания того, что эта женщина сейчас была в его власти.
– Ты не любишь моего отца. Он тебе не нравится. Да? – спросила Рэйчел, помолчав. – Он о тебе такого высокого мнения, а ты его не любишь.
– У меня нет никаких причин не любить его. Мистер Мередит всегда очень хорошо относился ко мне.
– Хорошо?! – крикнула Рэйчел обиженно. – Он всегда относился к тебе как к своему родному сыну. Это гораздо больше, чем просто «хорошо». По-моему, одного слова тут недостаточно. Он проводил с тобой невероятно много времени… Прогулки верхом, посещение клубов, игра в карты…
– Ты ревновала своего собственного отца?
Рэйчел, не выдержав, истерично засмеялась.
– Нет. Отец никогда в жизни не уделял мне столько внимания, не посвящал мне свое время. Если бы я была его долгожданным сыном, то, наверное, все было бы по-другому. Рождение дочери огорчило и разочаровало его. Я не сын, а дочь. Я женщина, как ты понимаешь.
– Да, я это понимаю. Ты женщина. Это реальный факт. И поверь мне, Рэйчел, я всегда это хорошо понимал.
Рэйчел почувствовала, что краснеет под пристальным взглядом Коннора. Она повернулась и посмотрела в темный сад.
– Как мне убедиться, что ты не лжешь? Ведь ты уже намекал, что можешь отказаться от соглашения.
