Джейсон отошел от Коннора, который наводил на него ужас всем своим видом, безразлично пожал плечами и взял в руки конец развязавшегося галстука.
– Твой галстук – настоящее произведение искусства, – сказал Коннор.
Джейсон снял галстук с шеи, свернул его и положил в карман.
– Сейчас слишком жарко, чтобы носить его. Ну что? Мир?
Коннор улыбнулся, соглашаясь.
– Как насчет того, чтобы провести вечер у мисс Кроуфорд? Я, пожалуй, воздержусь от игры в Палм-Хаус до тех пор, пока у меня не появятся деньги.
– Конечно. Зачем проигрывать мало, когда можно проиграть много или даже все? – сказал Коннор, повернувшись к большому окну, и посмотрел в сад.
– Не читай нотаций, Кон. У тебя нет на это права. Я ведь слышал о тебе потрясающие истории. Что ты вытворял в восемнадцать лет! Бог мой! Ты же, оказывается, был настоящим бандитом! – с восхищением сказал Джейсон.
– Правда. Но тебе не восемнадцать, Джейсон. Тебе уже двадцать шесть.
– Мне нужно повидаться с Корнуоллисом, – заторопился Джейсон, не желая говорить о себе. – Завтра в два часа на Эпсом-Хит бежит его лошадь. – Джейсон выскользнул за дверь, покачав головой. Любовь! Нет, он предпочитает азарт за игорным столом! Там, по крайней мере, есть шанс выиграть…
Джейсон спешно шел по коридору, в котором гулким эхом раздавались его шаги. Он обязательно найдет способ вернуть Корнуоллису его серебряные ведерки для льда и получить свои двести фунтов…
– Хорошо ли вы устроились здесь, в Бель-Гарденс, Сэм? – Рэйчел, сидевшая за небольшим секретером у окна, посмотрела на вошедшего в комнату молодого человека.
– Все хорошо, мэм, спасибо, – ответил Сэм с почтением.
– Вам нравится ваша работа?
– Да, мэм. Норин… мисс Шонесси справедливо распределяет обязанности.
Рэйчел удивленно посмотрела на неожиданно покрасневшие щеки молодого человека.
– А твоя сестра Анни довольна?
– Ей здесь очень нравится, мэм. Она и Норин… она и мисс Шонесси ладят друг с другом.
– Норин уже сказала мне, что Анни очень хорошо работает и что у нее талант к шитью. Сестра Норин тоже очень хорошая швея.
– Да, Норин гордится работой Мэри. Ее кружева лучше тех, что плетет француженка, – улыбнулся Сэм и притих, заметив удивление хозяйки.
– Да, Норин может справедливо гордиться сестрой, – ответила Рэйчел, отметив при этом, что от глаз ее служанки ничто не ускользает, она внимательна ко всему, даже к рукоделию мадам Бюлон. Рэйчел вновь посмотрела на Сэма. – Ты не скучаешь по своей работе в доме на Беркли-сквер?
– Не настолько, насколько я предполагал, мэм.
– Если не ошибаюсь, я впервые увидела тебя на Черинг-Кросс во время затора на улице. Ты ехал в повозке… Помнишь тот случай?
– Как не помнить! – ответил Сэм, утвердительно кивая головой. – Такое не забывается.
