А раз так, он будет активно участвовать во всем, что там скоро произойдет, включая перестрелки. Ну и это значит, у меня нет товара и прибыли, и идею с автомагазином можно отодвинуть до лучших времен. Ну и молиться, чтобы с дедом ничего страшного не случилось. Потом он, конечно, одумается, оглянется назад и устыдится, но что делать, пока его штормит?
Что еще могло случиться? Все-таки он в возрасте. Инфаркт, аневризма, инсульт разбивает и более молодых людей, а тут столько стресса, он и не спит толком, перенапрягается, устает.
Раз есть хоть минимальная вероятность такого исхода, надо ехать в Москву, обзванивать больницы, искать его, он же там совсем один! Да, у него есть деньги, но вдруг он без сознания? Будь он в сознании, уже связался бы с нами!
И не ехать надо, а лететь! Потому что, если дед в беде, нет у меня этих полутора суток! Сколько будет стоить билет в Москву? Сорок, пятьдесят тысяч. Неподъемная сумма для большинства граждан, но плевать! Дед у меня один, и он мне дорог! Надо будет — и сотку выложу."
"Есть только одно «но» — пустят ли меня в самолет одного? Вообще, как сейчас происходит посадка, что с безопасностью? Взрослые со мной точно не поедут: у бабушки скотина, мама работает, отец… Да и лететь надо чем раньше, тем лучше, а им надо утрясти вопросы на работе
Я никогда не летал, а я-взрослый в первый раз полетел на самолете в начале нулевых, когда уже понаставили турникеты и в документах на детей придирались к каждой запятой.
Если бы не опыт взрослого, который как собственная память, только черно-белая, я сидел бы дома и завывал от бессилия, потому что просто потерялся бы в той Москве, как выпущенный в город баран. А так, если надо, поеду в столицу один.
При мысли об этом внутри похолодело, и я чуть с мопеда не свалился. Москва огромная! В метро толпа, а когда выходишь на какой-то станции, теряешь ориентиры, и непонятно, куда идти. Тычешься слепым котенком…
Так, отставить панику, я-взрослый там жил! Не потеряюсь, не пропаду.
Сперва я заскочил к Каналье, благо это было по пути.
На расчищенной площадке возле гаража стояла «Волга-24» с покореженным капотом и треснутым стеклом, белая «копейка». Ворота были распахнуты, в гараже громыхали «Мотохед», а им подпевал Каналья из ямы. Он ковырялся во внутренностях старенькой «тойоты».
— Привет! — крикнул я, присаживаясь на корточки.
Каналья явил свой светлый лик. Мой партнер был счастлив и стал взахлеб рассказывать об устройстве иномарок, и чем они отличаются от автопрома, но я его прервал:
— У нас проблемы. Дед пропал, надо его найти.
Каналья распрямился и чуть головой о машину не ударился.
— Как — пропал?
Я быстренько объяснил. Сказал, что, если получится, улечу, и попросил его после работы отвезти меня в аэропорт.
