Я с этим согласен! Но… что-то не так.

Застываю напротив рисунка с мелком и смотрю на него. Половинки не равняются целому. Значит, мы с Витой — две половинки. Но мы не одно целое и никогда им не были. Отчего я был так убеждён?

— Константин Борисович! — окликает меня Моисеева Света.

Я, обернувшись, рассеянно хмурюсь:

— Да-да?

— Вы замолчали, — произносит она, с лёгкой ноткой досады.

— А… да! Половину скрипки нельзя обменять на товар, или услугу. Располовиненная скрипка перестаёт быть пригодной к дальнейшей эксплуатации, — говорю я, касаемо темы.

А про себя в тот же момент добавляю: «Также, как я без неё не пригоден». Вообще ни к чему в этой жизни! Мелок перепачкал мне руки. Я оставляю его на полочке возле доски. И в этот момент понимаю, что следует делать.

После лекций я опускаюсь за руль своей скромной машины. Скромной по питерским меркам. Но для меня в самый раз! Ночью был дождь, я решил порулить. Иногда, даже очень приятно почувствовать силу железного зверя и ловкость шипованных лап под собой. Правда, в пробках приходится виснуть! Но сегодня мне удаётся не встрять.

Я решаю, что это сигнал. Добрый знак, что я действую правильно. Правда, подъехав к «Астории», я выбираю местечко подальше от входа. Смотрю на большой тёмный джип. За рулём никого! Значит, хозяин машины внутри, в ресторане? Скорее всего, не один. И поэтому стоит продумать своё появление там, до мельчайших деталей.

Вот, я вхожу. Нахожу Богачёва за столиком. За тем же самым столом, где он был в прошлый раз, много лет тому назад. А если за другим? Впрочем, не важно! В этот раз я не стану ждать, пока он меня пригласит. Сразу сяду. Хотя… Вдруг его дуболомы решат меня выгнать с позором? Нет!

Пожалуй, лучше я сделаю так. Я войду, и представлюсь. Скорее всего, он узнает меня? Ведь я не так уж и сильно изменился с тех пор. Повзрослел, возмужал! Я надеюсь.

Скажу:

— Добрый день!

Хотя… Нет! Уже вечер. Скажу:

— Добрый вечер! — да, лучше так.

А дальше? Независимо от того, узнает он меня или нет, я назову себя. Так положено. Скажу:

— Я — Шумилов Константин Борисович!

Добавлять, что я — муж Виталины? Или это уже будет лишним? Нет! Сделаю вид, что пришёл не по этому поводу. А по какому ещё? Других причин для встречи с этим заезжим у меня нет и быть не может.

Да, пожалуй, стоит сказать!

Итак:

— Я — Шумилов Константин Борисович! Муж Виталины.

Про Майю ни слова. Пока! До тех пор, пока этот говнюк не признается мне, в курсе он, или нет? Буду вести разговор о жене. Но в каком именно русле?

Начать стоит с главного:

— Мне известно, что вы с Виталиной общались? На правах её мужа, хотелось бы знать, с какой целью?

Нет, боже! Тупо звучит. «На правах её мужа». Ты ещё ему штамп зарисуй! Обойдётся. Сказать нужно как-то иначе.