– На самом деле, – ответила я, скрестив руки на груди, – меня уволили.

Он остановился, его выражение лица изменилось.

– Ты серьёзно?

– Абсолютно, – сказала я.

– Я же сказал, что никто тебя не увольнял, – тихо ответил он, делая шаг ближе. Его присутствие наполнило маленький коридор. – И никто не будет распускать о тебе грязные слухи. Сегодня я как бы между прочим обмолвился, что мы еще с университета друг друга знаем, поэтому у тебя особенное положение в компании.

Я закатила глаза, но прежде чем успела что-то ответить, его руки легли мне на плечи, словно заземляя меня.

– Мари, – сказал он, его голос стал низким и спокойным. – Если тебе нужен отдых, стоило мне об этом сказать, а не исчезать вот так. Я беспокоился. Думал, что-то произошло.

Воздух между нами искрился, тяжёлый от невысказанных слов и нерешённых эмоций. А затем он поцеловал меня. Это не был осторожный или сомневающийся поцелуй; он был дерзким и уверенным, таким, что не оставлял места для сомнений.

Я растаяла в его объятиях, халат соскользнул с моих плеч, а его руки переместились к моей талии. Мои пальцы запутались в его волосах, притягивая его ближе. Весь мир исчез, пока мы неуклюже и торопливо не добрались до дивана, движимые спешкой и жаром момента.

И тут входная дверь распахнулась.

– Мари!

Мы замерли, обернувшись одновременно, чтобы увидеть мою мать, стоящую в дверях с широко раскрытыми глазами. Она крепко сжимала сумку, её взгляд метался между мной и Наилем, а я впервые пожалела, что когда-то доверила ей ключи от своей квартиры.

– Не могу в это поверить, – сказала она, её голос срывался с каждым словом. – Когда Варвара Степановна позвонила мне и сказала, что к тебе приходит твой бывший муж, я думала, она ошиблась. Но нет, вот он!

Я судорожно натянула халат, чувствуя, как лицо пылает.

– Мам, это не то, что ты думаешь…

– О, это именно то, что я думаю, – парировала она, сверля Наиля взглядом. – Мари, ты в своём уме? Ты его простила и снова с ним?

– Всё не так, – попыталась я возразить, но её острый взгляд разрезал все мои оправдания.

Наиль, в свою очередь, выглядел на удивление спокойным, даже слегка развеселившимся.

– Здравствуйте, Ольга Викторовна, – сказал он с невозмутимой улыбкой. – Рад снова вас видеть.

– Не надо мне тут «рад снова вас видеть», – отрезала она. – Что ты здесь делаешь, Наиль? Разве ты уже не сделал достаточно для того, чтобы навсегда исчезнуть из жизни моей дочери?

– Мам, – сказала я, вставая между ними. – Давай не будем это обсуждать прямо сейчас?

Она проигнорировала меня, её взгляд был прикован к Наилю.

– Если ты думаешь, что я позволю тебе снова влезть в её жизнь после всего, что ты натворил, ты сильно ошибаешься.

– При всём уважении, – сказал Наиль, его голос был твёрдым, – мне кажется, это не вам решать.