В кузове двое и боеголовка снаряда, который превратил в пепел все на Ургедоне 20 сентября.
– Взяли и боевую часть?
– Взяли. Такую кутерьму там устроили! Ребята Тойера атаковали полигон, мы с Бергером подошли к патронному заводу…
Буторин прервал водителя:
– Не до разговоров. Давай лучше прикинем, как будем боеголовку на катер грузить.
– И что, тяжелая штука?
– Больше трехсот килограммов.
Матис присвистнул:
– Неплохо, это же почти двадцать пудов!
– Где-то так. Мы и всем кагалом ее не снимем. – Буторин огляделся. – А крана или хотя бы кран-балки я что-то у причала не наблюдаю.
– На катере есть лебедка, да что толку? Ею можно только сбросить снаряд на землю.
– И всем превратиться в обгоревшие куски мяса. Думай, капитан. – Буторин подтолкнул Матиса.
Тот едва не упал, поддержал Шпор:
– Вы бы поаккуратнее, у Леона нет ноги, он на протезе.
– Да? Прости, друг.
Матис улыбнулся:
– Ничего, нормально. А если нам скатить боевую часть по сходням, прокатить по причалу и по тем же сходням закатить на катер? Это вчетвером можно сделать.
Коган сказал:
– А что? Хорошая идея. И где сходни?
– Они есть у любого судна, но лучше мои взять.
– Добро, пошли. Вдвоем принесем?
– Тяжело. А из меня какой носильщик?
Подошел Сосновский:
– Что за дела, бродяги? – Ему объяснили. – Какие дела? Матис будет здесь, а мы вчетвером принесем. Только скажи, где твой катер и как найти эти сходни.
– Они выставлены на причал, катер знает Шпор.
– Так пошли.
Они поставили сходни к открытому кузову. Получилось неплохо: и не круто, чтобы сорвалось, и не слишком полого, чтобы скатиться.
Подъехал «Мерседес». Шелестов вывел главного конструктора, спросил у своих:
– Нашли способ, как доставить боевую часть на катер?
– Нашли, командир.
Шелестов повернулся к Айзенбергу:
– Лечь!
– Что? – не понял конструктор.
– Лечь, я сказал! Товарищ Матис, оружие есть при себе?
– Пистолет!
– Держите на прицеле этого ученого, если дернется, ни в коем случае не убивать, выстрелить в ногу.
– Понял.
Майор перевел взгляд на подчиненных:
– Ну что, зацепили? Снимаем боевую часть. Радиостанцию оставить Матису.
Четверо офицеров скатили боевую часть снаряда, прокатили до катера.
На катер сначала загрузили боеголовку, уложили ее на корме, в одном из отсеков для рыбы, накрыли неводом, сверху железными плитами.
Шелестов передал Сосновскому:
– Передатчик, Миша!
– Минуту, командир.
Он принес сумку, достал из нее чемодан, из чемодана радиоаппаратуру, выставил длинную антенну на мачту катера.
Шелестов присел перед передатчиком, включил, крикнул Буторину:
– Витя, смотри за подходами к причалу.
