А в итоге просто развела руками:
– Лен, мне очень жаль, что последний год мы провели с тобою на ножах! Как злейшие враги. Иногда я тебя ненавидела – это чистая правда! Но я понимаю, каково тебе сейчас! Понимаю, как никто другой!
– О чем это ты?
– Ты отчаянно боролась за внимание Макарова, а я – Трубникова. И обе мы проиграли! У Виктора Эдуардовича, оказывается, давно есть другая. А Сережа променял меня на какую-то студентку-первокурсницу! Прямо полный букет! Шах и мат!
Белова задумалась на миг, и сочувствующе похлопала ее по плечу:
– Ты прости меня, Маш! – прошептала голосом, лишенным эмоций.
Смахнув слезу, скатившуюся по щеке, Романцева буркнула себе под нос:
– А ты меня прости!
Грустно улыбнувшись, Лена кивнула, оставляя в прошлом обиду на Машку.
«Ах! Если бы можно было так же легко вырвать собственное сердце!»
Глава 23
На следующее утро объявился Славик Красницкий, который отсутствовал последние девять дней.
Не для того, чтобы вновь вешаться на шею учителю и признаваться в любви.
Нет. Ей отчаянно хотелось просто взглянуть на него в последний раз.
Попросить прощения за тот нелепый поцелуй. Попрощаться по-человечески.
И пожелать огромных успехов в отношениях. С той его… красавицей-брюнеткой. Только после этого она смогла бы двигаться дальше.
По сути, своим предложением Славик дал Лене новую надежду. Новую цель.
Он вернул ее к жизни. Заставил вытащить голову из песка, и вспомнить, какой сильной и самоуверенной она была прежде. Всегда.
Но как выяснилось непосредственно на выпускном, Красницкий просто пошел на крайние меры, чтобы привести ее в чувства. И обещанное свидание устраивать не собирался изначально.





