Я почувствовал, как энергия течет по моему телу, собираясь в месте ранения.
— Исцели, — прошептал я, концентрируясь на ощущении жизненной силы внутри себя.
Воздух вокруг моей руки начал мерцать, наполняясь едва заметным зеленоватым свечением. Я чувствовал, как ткани под кожей начинают двигаться, соединяясь и срастаясь с удивительной скоростью. Боль утихла, сменившись приятным теплом.
Когда я убрал руку, от глубокого пореза не осталось и следа. Кожа была чистой и гладкой, словно ничего и не произошло.
— Вот значит как, — выдохнул я, разглядывая свою ладонь.
В этот момент в тренировочный зал вбежала Анастасия, в последнее время она частенько гостила у меня, и, кажется, хорошо сдружилась с Василисой. Лицо девушки было встревоженным.
— Максим! Я почувствовала всплеск энергии. Что случи… — она замолчала на полуслове, увидев мою руку, все еще окруженную угасающим зеленоватым свечением."
"— Ты… ты это сделал? — прошептала она, подходя ближе.
Я кивнул, все еще не до конца веря в произошедшее.
— Кажется, я наконец-то понял, как это работает.
Анастасия осторожно взяла мою руку в свои, внимательно осматривая место, где только что была рана.
— Максим, это… это потрясающе! — воскликнула она, поднимая на меня сияющие глаза. — Ты сделал огромный шаг вперед!
Я улыбнулся, чувствуя, как по телу разливается приятная усталость. Использование истинного слова «Жизнь» оказалось более энергозатратным, чем я ожидал. Манипулировать пространством и то проще. Хотя, возможно, это потому, что я еще не привык к этим ощущениям и не научился правильно контролировать энергию в процессе.
— Спасибо, сестренка. Без твоих уроков я бы никогда не справился.
— Нет, Максим, — Анастасия покачала головой, ее лицо светилось от гордости. — Это твоя заслуга. Ты всегда схватываешь все на лету. Я просто указала направление.
Мы еще долго обсуждали мой первый опыт самоисцеления. Анастасия засыпала меня вопросами о моих ощущениях, о том, как именно я направлял энергию. Я старался описать все максимально подробно, поскольку ей это было необходимо для какой-то очередной академической работы.
Уже поздно вечером, когда мы наконец закончили наш импровизированный урок, я понял, насколько важным был этот прорыв. Теперь у меня появилось новое преимущество, которое могло спасти мне жизнь в критической ситуации.
Засыпая той ночью, я чувствовал, как во мне растет уверенность. Какие бы испытания ни ждали меня впереди, теперь я был готов к ним лучше, чем когда-либо прежде.
* * *В другой части города, в скромной комнате на верхнем этаже неприметного дома, Эдвард резко проснулся, хватаясь за грудь. Острая боль пронзила его тело, заставляя задыхаться. Он сел на кровати, пытаясь восстановить дыхание.
