Я обязан справиться. Потому как, если я облажаюсь, все заплатят за это жизнями, и главное – моя Майя.

Я не могу допустить такого развития.

Я недобро усмехнулся. Я справлюсь. Меня учили выживать в самых жёстких условиях.

Перевёл взгляд на Картера. Он смотрел на чёрное беззвёздное небо и явно о чём-то размышлял.

Ощутил его эмоции – тоска, печаль и грусть.

Понимал я, что Картер устал, он сделал всё необходимое и возможное для своего отряда и даже для нас.

– У меня есть шанс узнать, за что тебя сослали сюда? – спросил Лорд-капитана.

Картер посмотрел на меня долгим и печальным взглядом и, тяжело вздохнув, произнёс:

– Из-за дейры.

Вскинул брови от удивления. Любую причину готов был услышать. От убийства до предательства, но не это.

Картер помолчал, рассматривая моё выражение лица, но оно осталось бесстрастным, и прочесть мои эмоции не было возможно.

Картер хмыкнул и сказал:

– Знаю, что ты сейчас ошеломлён. Так ведь, Лорд-адмирал?

Он прищурил свои мудрые глаза, и я согласно кивнул.

– Даааа… – протянул Картер, снова взглянув на мрачное небо, что больше походило на разверзшуюся над нами чёрную дыру. – Я ведь тоже встретил свою дейру, сынок.

– Что с ней? – спросил его, надеясь услышать, что она жива.

– Она погибла, – сказал Картер после минутного молчания, а потом жёстко взглянул на меня и заговорил: – Надо мной и Россом очень жестоко посмеялась судьба, Кесарь. Нам досталась одна дейра на двоих, представляешь?

– Что? – спросил изумлённо, не став скрывать перед ним своих чувств и эмоций. – Как это возможно?

Тот пожал плечами.

– Не знаю как… Но я был молод, слишком горяч и своенравен. И поступил я… как бы это мягче сказать… в общем, поступил я как последний говнюк.

– Росс был на одном благотворительном заседании, на котором встретил её. Она была из богатой и влиятельной семьи. Анариса – красавица, каких я не видел. Волосы чернее, чем это проклятое небо, а глаза… Эх, Кесарь, ты видел когда-нибудь глаза, которые утягивают тебя, словно ты смотришь в бесконечность самой Вселенной?

Улыбнулся.

Видел.

Эти глаза сейчас закрыты – огненные, золотые. Самые прекрасные на свете.

Картер мечтательно улыбнулся, но потом его улыбка померкла.

– У них завязались отношения. Росс тогда был как ты – Лорд-адмирал с серьёзными перспективами.

Он замолчал.

– Что произошло потом? – спросил я мягко.

Картер вздохнул и как-то зло хохотнул:

– Что-что? Потом появился я.

Он посмотрел на меня взглядом, в котором застыла вселенская скорбь и тоска. Горе до сих пор не оставило его. Горе и раскаяние. Картер сожалел. И я уверен, что, будь у него возможность вернуться назад в прошлое, он бы поступил по-другому.