Жест Лицедея (СИ)

Наверное, в этом был единственный шанс наладить приемлемое существование в этом мире. Так сказать, стать реальным пацаном, чтобы больше не вертелось в башке желание нажраться мухоморов и уснуть навсегда. Кстати, понятия не имею почему, но я себя чувствовал уже неплохо. Еще немного мутило, и голова болела, но совсем не так убийственно, как в первые минуты бытья графом Разумовским.

— В общем так, я буду появляться ближе к ночи для занятий и давать тебе задания на день. Чем старательнее будешь относиться к моим наставлениям, тем скорее тебя же самого порадует результаты, — заверил магистр.

— А результаты тебе очень нужны. Дело в том, что ваш род — род Разумовских может вовсе выпасть из дворянского сословия. Попутно вы можете лишиться поместий и трех доходных фабрик. В общем, все это происки врагов отца твоего, покойного Петра Михайловича. Ведь они его досрочно в могилу загнали. Теперь именно на тебя, истинный наследник, вся надежда! Надежда моя, как Хранителя. И надежда Ирины Львовны с дочерью, — сказал он с чувством и придыханием точно в середке моей головы. Добавил для полноты картины: — Хотя, они, наивные, даже не подозревают, что ты можешь хоть чем-то помочь. У тебя есть отличный шанс удивить их, заставить зауважать и может даже полюбить.

Не знаю отчего так, но меня его речь проняла. Серьезно так проняла, что я едва ли слезу не пустил от осознания важности собственной миссии. В самом деле, почему так? Какие нахрен слезы? Какое мне дело до рода Разумовских, как и всяких межродовых, межклановых разборок? Разве мне все это должно быть не фиолетово? Может тушка этого суслика с длинной балыськой начала как-то влиять на мое сознание? Только бы на мухоморчики она бы меня не подсадила.

Кстати, а чего курить не хочется? Ведь я не дышал благодатным табачным дымком уже часа два как.

— Первое, чем тебе придется заняться по-серьезному, это… — он замолк ненадолго и потом его голос снова появился в правой части головы, — возращением главной семейной реликвии — Чаши Никорпа. Тут, понимаешь ли, на ней многое держалось. Есть поверие, как ваш род утратит сию Чашу, так и роду конец. А реликвия не простая — владельцам сулит процветание и удачу. Род князей Троцких отжал ее у вас. При содействии Сталиных.

Увы, такие времена: бесчинствует это новое дворянство. Едва больше века назад все они холопами были, а теперь, за бесстыжей революцией и реформами, подишь ты, все князья да графы, реже вшивые бароны. Слишком их поднял Ульянов.

— Это кто такой? — во мне шевельнулась смутная догадка.

— Ульянов? Так император наш. Ныне правит Илья Сергеевич, внук Владимира Ильича. Ну да, ты не знаешь. У вас там чуть иная история. У нас Ульяновы сменили на престоле Романовых, когда те, якобы добровольно власть передали.