В чём я всё время пытаюсь его обвинить? И зачем? Хорошо же всё.
Да, Уэйн не сладкий мальчик. Нет в нём нежности и ласки, как в Марке. Ревнивый, как оказалось, и вспыльчивый. Но кто из нас нормален?
– Ты выдумываешь причину, чтобы не оставаться со мной наедине. Почему? – продолжает дожимать меня, прижимая к себе так крепко, что мне даже не комфортно. Давит. Не физически, скорее морально. Но каждое касание из-за этого кажется удушающим.
– Ты очень торопишься. Во всём. Особенно в наших отношениях. Мы знакомы всего ничего, а ты уже говоришь о детях, – решаюсь высказаться, но тут же об этом жалею, когда слышу его раздражённый вздох."
"– Ты решила меня запытать своей неприступностью? Что мне сделать, чтобы ты поверила, наконец? Да, я не затягиваю с отношениями, тут ты правильно заметила. Но это не потому, что я какой-то больной сукин сын, которому захотелось поиграть с тобой. Я уже не так молод, как хотелось бы. И мне нужна семья. Я твёрдо знаю, чего хочу. И двигаюсь в этом направлении. Не вижу в желании иметь детей ничего плохого. Мне нравишься ты, Сандра. Такая, какой ты есть. И я готов принять твоего ребёнка, усыновить его и быть ему отцом. Поверь, для меня это серьёзный шаг. И прежде, чем сделать его, я хорошо подумал. Ты идеально мне подходишь. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Как видишь, самые серьёзные намерения. Или ты считаешь, что я завтра передумаю? – он, как и всегда говорит прямо, совершенно не задумываясь ни о чём. Это с одной стороны подкупает, но с другой… Наверное, это со мной что-то не так. Ведь ещё сегодня утром я готова была принять его любым, лишь бы не одним из чудовищ, исковеркавших мне пару лет жизни… И теперь, когда всё, наконец, стало налаживаться, мне снова мало. Вот как сейчас. Сколько женщин хотели бы услышать такие слова от завидного миллионера-холостяка? А мне всё не так.
Вздыхаю. Разговаривать сложно. Особенно с ним, с человеком, для которого существует лишь одно верное мнение – его. Но я согласилась выйти в горы именно для этого. Чтобы поговорить подальше от его дома, где даже стены давят.
– Ты всё очень классно придумал, Уэйн, – поворачиваю к нему лицо, касаюсь его щеки своей ладонью. Он ловит её, целует внутреннюю сторону, отчего по телу пробегает отряд мурашек. – Мне, правда, приятно слышать, что именно я стала той, с кем тебе захотелось иметь детей. Но… Я не готова. Понимаешь? Ты сказал, что я тебе нравлюсь, что я тебе подхожу. Что я идеальный вариант… По какой-то причине, мне до сих пор неведомой. Но ты не сказал главного. И я этого не ощущаю между нами, – тут я слегка привираю. Если не сказать, что сильно. Потому что со своей стороны я это, как раз очень даже чувствую. А вот с его…
– Ты сейчас о любви, да? – смотрит прямо мне в глаза, поймав взглядом и удерживая.
