Она с энтузиазмом идёт рядышком и буквально запрыгивает в кабину лифта, заражая людей вокруг нас своим хорошим настроением. С ней мило болтают, делают комплименты, а она только рада, демонстрируя своё белое платье и бантики.
Наконец мы приезжаем на наш этаж и ждём. Стоим в самом конце, у стеночки, поэтому выходим последние. Но стоит выйти девушке передо мной, как в кабину влетает мужчина, не дождавшись, когда все выйдут. Жмёт на кнопку первого этажа, закрывая дверь.
И я негодую. Из-за него я могу опоздать к редактору!
И сделаю это, потому что не успеваю открыть двери — мы уже уверенно спускаемся вниз.
— Ещё раз подымешься, — бросает этот подлец.
Да вы только посмотрите на него! Решил, что ему всё можно? Да кто он вообще такой?
Одет в костюм с иголочки. Аккуратно подстриженная борода, волосы. Ухаживает за собой. И судя по дорогим часам на запястье и сверкающим туфлям… не бедствует.
— Я тороплюсь.
Ах, так?!
Готова топнуть ногой, но вспоминаю, что мы в лифте.
— У других людей тоже есть дела, и они могут спешить! — не скрываю возмущения. И внезапно, не ожидая, я ощущаю тяжесть в ногах. Ощущаю короткую тряску, вызывающую испуг.
Сжимаю ладошку моей девочки, притянув к себе.
В панике смотрю на мужчину. Так и хочется спросить, что случилось, но я и сама понимаю — лифт остановился. Не просто на этаже, а вообще.
Застряли.
Но я ведь не топала ногой…
— Млять, — мужчина зло бьёт о стену металлической кабины кулаком и гаркает на меня: — Это всё потому, что ты нажимала на кнопки!
Не успеваю ничего ответить. Пространство заполняет громкий плач моей малютки.
Вот же отморозок!
Хватаю Звёздочку на руки, прижимаю к себе и пытаюсь успокоить.
В глазах неадекватного горит странный и зловещий огонёк, прожигающий моего ребёнка.
И теперь я напрягаюсь ещё сильнее. По лицу, его глазам, эмоциям… понимаю, что он не в себе.
А страшнее всего — мы застряли с ним наедине, без возможности уйти…
ГЛАВА 3
Любовь
— Тише, милая, тише, — похлопываю мою девочку по спинке, пытаясь успокоить её. А мужчина продолжает смотреть на нас молча, неподвижно, рассверливая взглядом в затылке Астры дыру.
Отступаю назад, к стенке.
Нехорошее предчувствие липкими лапами подбирается к горлу.
— Я понимаю, что у вас настроение не задалось, — цежу сквозь зубы. — Но вы в обществе находитесь! Мало того, что из-за вас мы опаздываем на встречу, застряли здесь по вашей вине, вы ещё и ребёнка до слёз довели!
— Я её не видел, — говорит всё так же зло и дерзко. — На руки поднять не додумалась? Ты видела, сколько здесь народа? А если её затопчут?
— А это уже не ваше дело, — качаю на руках Астру. Она не прекращает плакать, но делает это тише, роняя детские слёзы мне на шею.
