Наверно, сестра как раз готовится везти сына в детский сад.
Захожу, на всякий случай стуча в косяк:
— Лана, это я!
И с изумлением смотрю на мужчину, вышедшего из комнаты в коридор на мой голос.
Совершенно незнакомого мужчину…
Глава 43
Я настолько не ожидаю встретить чужих здесь, в темном коридоре сестры, что на пару мгновений замираю, глупо таращась на мужчину.
Он, в свою очередь, тоже изучает меня, неторопливо, внимательно, и его взгляд, холодный, тяжелый, неправильный какой-то, заставляет прийти в себя, очнуться, отступить назад машинально.
Так идущий вечером в полумраке улицы человек машинально отступает назад, встретив на своем пути здоровенную молчаливую псину без намордника…
Правда, через мгновение я прихожу в себя настолько, чтоб вспомнить о сестре.
— Вы кто? — спрашиваю, стараясь не дрожать голосом и судорожно сжимая перед грудью свою потрепанную сумку, — что вы здесь делаете? Где Лана?
— А ты кто ей? — спрашивает в свою очередь мужчина, не отрывая от меня взгляд. И делая шаг вперед.
Я очень хочу отступить, от мужчины исходит невероятно тяжелая, какая-то удушающая волна напряжения, буквально сшибающая с ног. От этой волны хочется пригнуться, стать мельче и незаметней, чтоб не зацепила, прошла стороной… И я бы так и сделала, непременно. Но есть ощущение, что сейчас этого делать нельзя. Потому я держусь. Выпрямляюсь, сильнее стискиваю ручку сумки.
— Я — ее сестра, — отвечаю холодно, — а вы кто, я так и не услышала!
— Сестра? — улыбается мужчина, и меня передергивает от еще более неприятного ощущения. Очень мерзкая у него улыбка. Крысиная какая-то, — это хорошо. Пошли, сестра.
— Куда? — я все же отступаю на шаг, уже понимая, что происходит что-то странное и страшное, и что мне опасно тут находиться, один на один с этим человеком. Может, он вообще вор, забрался сюда в отсутствие Ланки…
Озаренная страшной догадкой, отшагиваю еще, а затем и вовсе разворачиваюсь и дергаю дверь на себя. Может, это совсем не опасный человек, какой-нибудь знакомый сестры… А может и нет. Проверять и выяснять не собираюсь! Пусть лучше Ланка меня за истеричку примет, но я в полицию побегу! Перестрахуюсь!
Но дверь открыть и выскользнуть в подъезд я не успеваю.
Жесткая ладонь перехватывает поперек талии, вторая запечатывает рот, гася готовый сорваться крик, да так плотно, что кажется, что сейчас шею свернет мне, настолько сильно давит!
В глазах темнеет, я бессильно царапаю руки насильника, извиваюсь, пытаясь достать ногами. Во мне нет никакого ступора, никакой мертвенной паники, заставляющей мозг отключиться. Только ярость, только желание бороться и безумный страх, конечно же. Но не стопорящий, а, наоборот, словно сил придающий.
По крайней мере, просто так утащить меня в комнату у этого животного получается далеко не сразу.
