Да и вся статья обо мне вышла… скажем так… ошеломляющая. Все-таки, не зря я выделила этого парня, так талантливо никто бы не смог описать мою жизнь.
– Интересно, Огюст Лукар, великий историк и писатель, его предок? – Эдвард уселся в кресло напротив, закинув ногу на ногу. Я пожала плечами – в досье этого не было.
– У тебя дар, Дени. Ты сделала из меня эталон, совершенство, – улыбался наследник, – не такой уж я и хороший. Вот Ромул был…
– Я не знаю Ромула, – прервала Эдварда взмахом руки, – не знаю твоего отца, не знаю никого из твоего рода. Я знаю тебя. И ты лучший.
Его высочество смущенно покраснел.
– Коронация через десять дней, – произнес он невыразительно, – приглашения приняли пять королей. Все соседи, кроме Фракрии. Я хотел тебя попросить заняться балом. Черновик протокола я набросал, – он протянул мне два листка, написанных убористым почерком.
Я кивнула, отметив, что опять не напишу трактат по логике. Учителя, войдя в наше с Эдвардом положение, разрешили сдавать зачеты дистанционно. Но его все равно нужно было написать.
В распорядке дня на сегодня была еще поездка в адвокатскую контору.
– Волнуешься? – спросила невзначай. Эдвард перевел рассеянный взгляд на меня и непонятно качнул головой.
– Кстати, я вот из-за чего пришел, – он протянул какие-то бумаги, – тебе восстановили титул и сняли все обвинения с Фредерика Крея.
– Ну и ладно, – отмахнулась я. Итак более, чем достаточно.
– Завтра можешь съездить в Кларинс, – закончил Эдвард, – это же недалеко? Успеешь за день-два обернуться?
Кларис… Я мечтательно улыбнулась.
– Нет, не поеду, – решила я, – некогда, да и незачем. Лучше посмотрю столичные дома. Вдруг там что-то осталось от папы. Записи, дневники.
