— Да, — она окинула меня взглядом и, видимо, сочтя мой внешний вид приемлемым, продолжила. — Пошли, отец не любит ждать.
Стоило нам выйти, как у дверей я заметил Строганова. Принцесса кивнула ему и пошла вперёд. А мы пристроились чуть позади неё.
Принцесса, не оборачиваясь в мою сторону, обратилась ко мне.
— Когда войдём к нему в кабинет, поклонись и не подымай головы, пока он не предложит присесть. Разговор будет долгим и, перед тем как отвечать отказом, хорошенько подумай.
— Могу я узнать о чём пойдёт речь? — спросил я.
— О твоих землях. Он обязательно выдвинет требования по ним и сроки, за которые ты должен будешь всё обустроить.
Принцесса шла быстро и люди, попадающиеся нам по пути, едва и успевали отойти в сторону и склониться в поклоне.
— Ооо, дорогая сестра! — раздался голос третьего наследника. — Смотрю тебя тоже позвал наш батюшка?
— А тебя-то зачем? — удивилась Кристина.
— До встречи с тобой думал, что он хотел лично услышать от меня как, прошли испытания посоха, подаренного новоявленным графом, — улыбнулся он мне. — Кстати, пока есть возможность, я ещё раз приношу свою искреннюю благодарность за этот дар.
— Как прошли испытания? — спросила Кристина.
— Отлично! Как тебе известно, Тайная канцелярия вышла на тех, кто напал на наше посольство в Афганистане.
— Постой, — сделала чуть медленнее шаг Романова. — Там же нападающих было больше полутора сотен.
— Ага. Я провел ритуал поиск по крови, после чего Баринов телепортировал нас к какой-то горе. В ней и прятались эти террористы. В общем, мне даже лезть туда не пришлось, я просто встал у одной из нор и активировал заклинание жажда крови.
— Точно всех? — спросила Кристина.
— Я проверил. Ни одного бьющегося сердца, кроме моего и Баринова, там не было.
Императорский кабинет был очень большим. Столы были расположены буквой «Т». На стенах висели картины нынешних и прошлых членов императорского рода. Чьи-то портреты я видел в учебниках по истории. Но на самой большой картине, которая висела за креслом императора, была изображена императрица Софья Романова.
«Мир другой, а традиции те же самые.» — подумал я.
Что касалось императора, то он сидел полубоком к нам, и смотрел в окно.










