А я поняла, что не смогу оставить его тут. Прижала к себе покрепче, стараясь согреть кроху. Завернут он был в тонкое одеяльце, и вполне возможно попросту замерз.
Я беспомощно оглянулась по сторонам и едва не заплакала. Куда мне теперь идти? Я даже не знала где мы находились. Вдалеке виднелись дома, но кого я там попрошу о помощи? Незнакомых людей, которые могут и сдать меня обратно. А что сделают с ребенком - и думать страшно!
Выбор был небогатый. Либо брать риск и идти дальше, надеясь на чудо, либо… Вернуться к Францу?
Однако я четко помнила его слова - про проблему. Ребенок беспокойно заворочался, и я все же решила пойти дальше. Правда не учла, что вдвоем идти будет тяжелее. Поэтому когда услышала подъезжающую машину, замешкалась и не так быстро скрылась за деревьями. Стояла, прислушиваясь к звукам. И вдруг поняла - машина остановилась. Осторожно выглянула из-за дерева и едва не закричала - прямо на меня смотрел Франц. Злой, с потемневшим взглядом.
И я побежала, прижав ребенка к себе…
Франц
Настя становилась задумчивее с каждым днем. Я словно чувствовал насколько она была напряжена. И эти вопросы о том, что она должна за помощь… Я не умел утешать или успокаивать. Мое дело - залатать тело. По душам я не был специалистом. Поэтому не особо понимал как помочь покалеченной девочке. И как дать ей понять, что не хотел бы, чтобы она уходила.
Может потому и решил дать немного свободы. Первый раз уехал недалеко - специально, чтобы присмотреть за ней, убедиться, что хочет сбежать.
Но нет. Я был удивлен, но решил, что наверное все-таки ей и правда тяжело в запертом доме одной. Хотя каждый раз уезжал с тяжелым сердцем. А когда приезжал - первым делом проверял, что она не ушла.
Я жил один и потому каких-то камер или наблюдений у меня не было. И впервые задумался, что стоило бы озаботиться подобным.
Чтобы уберечь ее от глупости.
То, как она располосовала себе руки, уже отлично характеризовало степень ее отчаяния. Поэтому решил все же установить камеры дома.
Весь день не покидало странное предчувствие. Но как назло клиент попался дотошный. Пришлось повозиться.
Когда до дома оставалось совсем ничего, заметил фигуру в подозрительно знакомой куртке. А уж когда та юркнула в сторону, спрятавшись за деревьями, сомнений не осталось.
Настя, твою мать. Выбралась все-таки…"
"Я был зол. По-настоящему. Что за дура?!
Еще и сбежать решила. Глупышка, куда ей было? Она, конечно, шла на поправку, но до полного выздоровления было еще далеко. Догнать ее оказалось несложно. К тому же девчонка запнулась и едва не растянулась на земле - еле успел удержать.
И только тогда заметил, что она что-то прижимала к груди.
Точнее кого-то, кто разразился громким плачем.
- Это.
