И бросилась на меня, попыталась вырвать из моих рук сумку, которую Макс привез мне из Америки.
– Гражданка, прекратите, соблюдайте тишину и порядок, – устало произнес полицейский, хватая хулиганку за локти. Затем повернул голову ко мне: – А вы, гражданка, знаете эту гражданку?
– Она моего мужика белкой насмерть пуганула! – еще громче заголосила супруга алкаша.
– Гражданочка, прикусите язык, – рассвирепел страж порядка.
Куда там! Катерина продолжала орать, перемежая каждую фразу ругательствами, в том числе и матерными. Наконец я поняла, что произошло.
Когда мы с Кисой ушли в садик, «добрая» жена перестала пинать ногами своего неподвижно лежащего благоверного, наклонилась над ним, чтобы надавать пощечин, и обнаружила, что тот вроде и не дышит.
– У больного на лице застыло выражение ужаса. А от страха даже совершенно здоровый человек может умереть.
Катерина моментально вспомнила про нас с Кисой. И вот теперь злобная баба желает, чтобы я прямо сию минуту достала из сумки миллион рублей наличными и отдала ей на лечение любимого супруга и прокорм трех деток, младший из которых сейчас служит в армии.
– Если вы посадите Екатерину в свою машину, то я объясню вам, о какой белке идет речь, – пообещала я полицейскому.
– Серега! – заорал тот. – Хорош кофе пить, помоги!
Из служебного автомобиля высунулся молодой парень:
– Чего делать надо, Виктор Михайлович?
– Забери гражданку и запиши ее показания, – велел старший коллега.
– С места не сдвинусь, пока она мне не заплатит, – уперлась Екатерина.
Открыв сумку, я показала скандалистке ее содержимое.
– Миллион занимает довольно много места, это десять пачек по сто тысяч, даже в самых крупных купюрах получится внушительная куча ассигнаций. Смотрите, у меня с собой ничего подобного нет!
– Если ваши слова, гражданка, не записать, то они просто бла-бла, – подхватил Виктор Михайлович.
Екатерина неожиданно притихла, сделала пару шагов в сторону бело-синего «Форда». Но обернулась и прошипела:
– Кабы ты на месте расплатилась, дешевле бы обошлось. А по суду я с тебя десять «лимонов» срежу. Лишила семью кормильца, стерва! – И она потрусила к полицейской машине.
