Беспредельщик

Гад, не прощу его! Наверное…

Только он язык мне в рот просунул, как я до крови его прикусила. А он в ответ меня за нижнюю губу так укусил, что я аж захныкала.

Черт. От гребанный фрик!

Честно, я хотела бороться с собой до последнего, но что то пошло не так.

И видно давно. Еще когда я в институте на экзамене ему на ногу наступила, а он на меня в упор сверху вниз глянул. Утонула я в вязком расплавленном изумруде его зрачков. Влюбилась, как дура.

Так и сейчас, не поняла в какой момент на металлический кровавый поцелуй ответила. Просто начала в ответ неистово съедать любимого и желанного мужчину.

Сильнее тереться промежностью о член. И внутри все так остро пульсировало, что тогда мне хотелось только одного, что б он вошел в меня, наконец то.

Все происходило в каком то безумном дурмане. Полном неадеквате. Самойлов незаметно для меня отстегнул мои руки от кровати. И вместо того, чтоб врезать ему или оттолкнуть, я сильцее вцепилась в его плечи. Притянула к себе. Закинула свои длинные ноги на его спину и подалась навстречу, пытаясь словить в себя его член.

— Простишь меня, принцесса? — между поцелуями спросил Самойлов, заставляя хныкать от зудящей пустоты.

— Никогда, гребанный фрик! Ты меня обманул! Не сказал, кто твой отец. Я из за тебя тачку продала за копейки и купила эту берлогу…а еще, козлина, я сама тебя ждала здесь. Каждый день, как дура, все двери открытыми держала. Все надеялась, что ты вернешься! Никогда тебя не прощу! — шипела я, как кобра. Только хвост мой гремучий дрожал, так просил, чтоб засадили хороший большой болт под него.

— Стерва любимая! Принцесса любимая! Давай ""никогда"" пусть заканчивается уже, а то я трахнуть хочу тебя, просто пиздец! Прощай.

Я залижу все грехи, — в доказательство своих слов Платон провел влажным языком по моей шее. Поднял футболку вместе с лифчиком и лизнул сосок. Потом второй.

И все томил меня, не входил.

А я уже выгибалась в мост, задыхаясь от желания.

— Та, блядь. Ладно, прощаю. Только трахни уже, — я зажала крестики на пальцах. Пришлось соврать ради благого дела. Я его точно не простила еще. Но секса жуть, как хотелось."

"И хорошо, что Самойлов не стал меня на детекторе лжи проверять в тот момент, а сразу вогнал член в меня по самую мошонку. Я только и успела, что взвизгнуть от охерительного кайфа.

— Прости, девочка моя. Я тебя люблю. Люблю сильно… Пиздец, как от тебя крышу рвет… Я ведь думал, ты с Ринатом опять сошлась, потому повелся и уехал, — от резких грубых толчков мистического посоха под ребрами, я смутно улавливала смысл слов. Только стонала в ответ на исповедь Самойлова.

— А ты принцесса настоящая…искренняя…моя кошка дикая…стерва любимая… — с каждым его словом я все громче отвечала — Аа!

— Сучка, все мозги только тобой 24/7 заняты! Больше никаких игр. Моя и точка.