Забрать, сломать и швырнуть обратно, как с теми куклами в детстве, да? — покачала головой Сашка, глядя на сестру с грустью.
Эй, малыш, только жалеть эту мразь не смей! Нельзя это.
— Пошла ты, Алька! — дрянь откровенно уже огрызалась на всех, видно оклемавшись от первого шока.
— Язык прикуси, так с дочерью моей разговаривать! — прикрикнул на нее Ольшанский.
— Вот сдохла бы твоя дорогая доченька, узнал бы тогда, старый хрен!
— Манька, не нарывайся, ты же меня знаешь.
— И что ты мне сделаешь, а, дядя Ваня? — ухмыльнулась змея. Точно очухалась, осмелела. — Племянницу родную убьешь? Дочь брата своего? Избить велишь? Милиции сдашь? На каком основании? Где доказательства хоть какие-то? То, что я с мужем твоей дочки спала, законом не наказуемо.
— А почему думаешь, что не убью? — процедил Иван Палыч, упираясь кулаками в стол напротив Мариэллы. — Ты ведь дочь мою не пожалела и не собиралась. Так с чего я должен с родной кровью считаться, если она чистая отрава. И не факт, что родная еще.
— Папа! — ахнула Сашка. — Ты не мож…
— Из-за нее ты мне ничего и не сделаешь, — цинично ткнула пальцем в Сашку сволочная баба. — В глазах доченьки потом как отмоешься?
— Между собой мы разберемся. И хрена с два я поверю, что и соплежуй этот, Орехов, и Пашка сами все это придумали. Ты ими вертела, как хотела. А раз борзая такая, значит, уверена, что Пашка против тебя ничего не скажет, так? Что с ним сделала?
— Понятия не имею, о чем ты, — насмешливо скривилась гадина.
Ты смотри, совсем расхрабрилась. Ну ничего, я тебя сейчас в чувство приведу.
— Хрен с ним с этим Сысоевым, — прервал я их. — А поведай мне, дорогуша, за каким хреном ты-то сюда так быстро прискакала? С чего так подставилась?
— С тобой я вообще разговаривать не собираюсь. Думаешь, не понимаю, кто ты и зачем тут? Что, решил быстренько наивную дуру Альку утешить и пристроиться рядом с бабками?
— Да мне как-то по жизни своего хватает, не нуждаюсь. А вот у тебя причина поторопиться была. И мы ее сейчас установим, раз сама колоться не хочешь. Сашка, есть же тут на кухне перчатки резиновые?
Все недоуменно уставились на меня. Александра кивнула и достала необходимое.
— Надевай и неси-ка сюда шубейку и сумочку ее, — велел я. Нам лишние отпечатки не нужны.
— Что? Да как вы смеете?! — подпрыгнула борзая змея, но я бесцеремонно уперся ей ладонью между лопаток, пришпиливая грудью к столу.
Александра вернулась, все еще глядя недоуменно.
— Вытряхивай все на стол. Из карманов и из сумки."
"— Нет! Не имеете право! — выкручивалась Мариэлла и даже лягнуть меня из такого положения попыталась.
Сашка поежилась, явно дико нервничая от всего этого, но послушалась.
— Боже, это же омерзительно просто, — пробормотала она, начав выкладывать все из карманов шубки.
