Пусти… мм-м… детка… не утерпеть никак…» С готовностью поддаться, подчиниться, прогнуться, позволяя ему закинуть мою ногу на его бедро… открыться, показалось самой обыденной, уютной и необходимой вещью в мире. А вот пережить его вторжение в мое еще полностью расслабленное со сна тело стало, как всегда, шоком. Сладким, лучшим из возможных. И даже спустя несколько часов, стоя под душем, я жмурила глаза обласканной довольной кошкой, ловя мягкие потягивания в чувствительных местах. Отзвук удовольствия. Он сводил почти на нет все противные симптомы так еще и не прошедшей до конца ломки.

Гнал тяжелые размышления о череде гадких и страшных событий, пронесшихся вихрем через мою жизнь. Права, видимо, народная пословица гласящая, что все в итоге к лучшему. В моем случае точно. Когда тебе хочется петь и пританцовывать, просто передвигаясь по дому, хотя считанные дни назад пришлось стоять на пороге смерти, разве это не показатель мудрости судьбы. Разрушение для меня оказалось к добру. Пламя осушило то болото, в которое меня незаметно затянуло."

"Напевая под нос какой-то дурацкий мотивчик, я оделась и спустилась на кухню.

В холодильнике мой взгляд притянула тарелка с горкой блинов, накрытых прозрачной крышкой, и я решила рискнуть выйти за рамки диеты на детских консервах. И сгущенки еще хочу. Как в детстве с мамой. И плевала я на стройность. Небось с одного-то раза не разнесет, если вообще внутри задержится. Разогрела вкуснятину и первый блин ела очень медленно, прислушиваясь к себе и то и дело ловя языком норовящую капнуть сгущенку. Мой Шаповалов любит сладкое? От того, как представила его, сидящего за завтраком напротив и вот так же, как я, ловящего ртом липкие капли, в лицо жаром плеснуло, в голове чуть зашумело. Да уж, боюсь, поначалу я буду сильно задерживать его по утрам. Или же придется начать нам вставать намного раньше. От перспективы такого будущего я снова зажмурилась, чувствуя, что расплываюсь в наверняка глупой улыбке.

— Александра Ивановна, прошу прощения за беспокойство, — чужой голос немного напугал, и я едва блин недоеденный не уронила.

Обернувшись, увидела замершего в дверях крепкого парня в черной форме Колиного охранного агентства.

— Доброе утро! — хрипнула.

 — Что-то случилось?

— Николай Алексеевич предупредил нас, что утром к вам должен приехать, как обычно, медработник. — Охранник опустил глаза и чуть покраснел. Видел, наверное, с какой глупой физиономией я тут сидела, и старается не смеяться? Ну а мне все равно.

— А, да, точно, — заторопилась я закруглиться с завтраком. — Уже приехал?

Глянула на часы и поняла, что сегодня он даже что-то припозднился. Эти дни Сергей приезжал ровно к девяти, а сейчас без четверти десять.

— Да, Александра Ивановна.