— Иван Павлович, как ваш лечащий врач…"
"— Ты ни хрена не можешь сделать с тем, что я старый подыхающий пердун, — оборвал он доктора и махнул повелительно рукой: — Все, свалите!
— Где? — спросил, как только двери закрылись.
— Я же сказал — в безопасности.
— Это я решу, насколько моя дочь в безопасности, — в его голосе снова залязгало. — Говори где, я людей пошлю.
— Тех самых, что за ней не уследили и сутки молчали, что ее похитили?
— Ты тут не умничай. Кто такой вообще? Че-то рожа твоя мне знакомой кажется. И знакомой нехорошо.
— Николай Шаповалов. Охранное агентство «Орион». Мы обеспечивали безопас…
— Все. Вспомнил. И «Орион» ваш, и тебя конкретно. Это же ты, кобелина сраная, на свадьбе Альку глазами заживо жрал. Так? Думал, не заметит никто? Я все вижу. Видел. Пока на ногах был. — Я не отрицал. Смысл, если правда. Молчал, предлагая ему продолжать. — Как так вышло, что ты с ее похитителями пересекся?
— Случайность. Они ее в лес привезли. Убивать. А я там у друга отдохнуть остановился в избушке.
— Отдохнуть? В феврале, бля? Ты мне что тут прогоняешь? Может, сам все и организовал? А? Запал на мою девку так, что решил таким образом захапать?
— Чего ж я ждал пять лет?
Вот ведь вопрос сейчас актуальный. Причем самому себе. Обстоятельства, ясное дело. Жизнь — она такая. Но ведь еще тогда меня Сашкой приложило намертво, так чего же я ждал пять лет? Ага, точно надо было красть. Прямо со свадьбы. В духе традиций. Только возвращать — хер.
— А может, тебя нанял кто? Этот уебок муженек ее, а? А ты просек, чем пахнет со мной связываться, и пришел тут героя изображать и очко свое спасать?
— А может, время убивать не будем и обсудим, кто на самом деле и для чего организовал похищение Александры, причем не собираясь ее возвращать.
— Откуда знаешь?
Я кратко сообщил, что видел и слышал сам и рассказала Сашка. Приборы Ольшанского в какой-то момент запищали тревожнее.
— Они ее…
— Нет.
Мужик, ты еще меня сто процентов удавить захочешь, узнав, что я был тем, кто дочь твою…
— Значит так. Дочь мне верни, Шаповалов.
— Нет.
Он давил взглядом, от которого обосраться можно, я отвечал ему таким же. Не отдам. Бодаться без толку. Все.
— Денег хочешь.
— Нет.
— Чего?
Ее. Всю. Себе.
— Она теперь… — Моя. — Со мной.
— А ты часом не оборзел? Алька у меня — мужняя жена! Законная. И делать из нее какую-то… что такой, как ты, по углам зажимать будет. Я тебя…
— Александра теперь со мной, — оборвал я поток его угроз в зародыше. — И я намерен разобраться с тем, кто организовал похищение, и обеспечивать ее безопасность. Я пришел сообщить, что она жива и в порядке, а не разрешения у вас спрашивать или мнения. Все, что между нами, то только наше, при всем уважении.
