Перепугавшаяся насмерть Катриона наконец успокоилась.

Филипп, договорившись с хозяином о найме гостиничного экипажа, оплатил услуги конюха и кучера, за которыми послали на соседнюю ферму, и направился в общую комнату, где оставил дожидаться всю компанию. Твердо закрыв дверь перед приободренным хозяином, он обвел собравшихся сумрачным взглядом:

– Может быть, кто-то соблаговолит пояснить мне, наконец, что здесь происходит?

Заинтригованная не меньше его Антония окинула взглядом младших членов компании.

Катриона тотчас упрямо насупилась, Амброз с бестолковым видом съежился, Генри Фортескью покраснел и закашлялся.

Тогда заговорил Джеффри:

– По-моему, тут все понятно… по крайней мере, наш план был очень простым. Катриона уверена, что леди Копли примет ее и поможет выйти замуж за Генри.

– Я вспомнила, что тетя Копли приезжала, – вставила Катриона. – Это было вскоре после того, как я оказалась у тети Тайсхерст. Мне велели оставаться в моей комнате, но я подслушала потом, как горничные болтали, что шум стоял страшный. Тетя Копли, наверное, хотела меня увидеть. Если бы я знала, что тетя Тайсхерст не имеет законного права удерживать меня, я давно бы ушла к тете Копли.

"

"– Так что, – продолжил Джеффри, – не было особого смысла заранее предупреждать леди Копли, а потом снова возвращаться в Тайсхерст на выручку Катрионе. Особенно потому, что горгона не оставляла попыток выдать ее за Амброза.

– Мы решили, что если явимся в город все вчетвером, то приличия не будут нарушены, – пояснил Генри и покосился на Амброза. – Хаммерсли сам не пожелал дольше оставаться в Тайсхерсте, тем более что наутро миледи обнаружила бы исчезновение Катрионы.

Он вызвался нанять возчиков, только они оказались непорядочными.

Амброз сморщился:

– Не хотелось обращаться к кому-то из местных, они могли предупредить леди Тайсхерст. Вот я и нашел один кабак, а эти двое показались мне самыми приемлемыми из завсегдатаев.

Филипп в который раз вскинул вверх бровь.

– Ну и ничего страшного – ведь, в конце концов, все обошлось, – бодро сказала Антония. – Благодаря Рутвену, – добавила она обернувшемуся на нее Филиппу.

– Да, моя дорогая, но я хотел бы послушать и причины, побудившие вас пуститься в такую опасную погоню.

Эти слова заставили всех обратить глаза на Антонию, и та, поняв, что никто, кроме Филиппа, не знает, что она взяла его лошадей и фаэтон, сохраняла невозмутимый вид.

– Я увидела, как Джеффри и Катриона уезжают в двуколке, и поскольку ничего не знала об их планах, то конечно же поторопилась за ними вдогонку.

Филипп взял на заметку это «конечно же».

– А вы, случаем, не подумали предупредить меня?

Сказано это было мягким вежливым тоном, но Антония почувствовала в нем стальные нотки.