— Как смеете говорить такое о моей семье?! И вообще, это дело вас абсолютно не касается!

— Не забывайте, лорд Тивирон, вы находитесь в моём доме. Я могу с лёгкостью вышвырнуть вас отсюда, и закон будет на моей стороне! — отец Лории умело смог поставить на место жидкобородого. — Думал, вы хорошо осведомлены в законах нашего государства, раз руководствуетесь ими. Или вы используете познания в них лишь в том случае, когда вам это выгодно?

Барон злобно засопел, в то время как его дражайшая супруга нервно кусала губы.

— Без вашего позволения, — усмехнулся хозяин дома, — я напомню, что любой вправе стать опекуном несовершеннолетнего, если тот отказался от семьи. Разве нет? Понимаю, — кивнул мужчина, — в наше время отказ от семьи это такая редкость, ведь попахивает несмываемым позором причем обеим сторонам…

И я знала это, память Сансы подсказала.

— И ещё большая редкость, когда находится опекун, не побоявшийся этого самого позора, готовый взять ответственность за ребёнка на себя! И я готов.

Виконт Оберон… Пускай боги этого мира хранят его.

— Так что, если Санса даст своё согласие, останется только оформить подтверждение в городской ратуше! Дитя? — вновь обратился он ко мне под скрип зубов барона Тивирона.

Старый чёрт уже заранее знал мой ответ, ведь только чокнутый вернётся в эту семейку. А я таковой не являлась, как бы они не пытались доказать обратное.

— Буду благодарна вам, лорд Оберон, до конца своих дней, — заговорила я поспешно, — если возьмёте надо мной опеку! Я согласна! — добавила следом, чтобы наверняка.

— Мерзавка! — взревела тётка, кинувшись в мою сторону.

— Стража! — гаркнул отец Лории, ловко закрывая меня собой.

Стражники моментально взяли тётку под белы рученьки, оттаскивая её в сторону. Она шипела и брыкалась, но вырваться ей так и не удалось.

— Значит, вот так ты решила отблагодарить меня за все эти годы? — холодно прорычал барон Тивирон, испепеляя меня взглядом.

«Именно такой благодарности ты и достоин, дерьма кусок!» — рыкнула я мысленно, на деле молчаливо выдерживая его наполненный яростью взор.

— Чтобы вы знали, — заговорил виконт Оберон, так и продолжая закрывать меня и Лорию собой, — сейчас мы направимся в ратушу, переоформлять опекунство. Прошу вас больше не появляться вблизи моего дома! Стража, сопроводите гостей на выход!

Мужчины в форме поспешили выполнить приказ своего господина, уводя шипящую тётку, изо рта которой нескончаемым потоком лилась брань. За ней с яростным видом направился дядюшка, а следом их шестёрка и лекарь, шаг которого говорил о том, что боль в причинном месте, куда я попала ногой, не прошла до конца.

— Вот тебе и леди из высшего общества, — хохотнул лорд Оберон, переводя своё внимание на меня.