На нем были американские потертые на бедрах джинсы и джинсовая рубашка, что говорило о довольно высоком статусе этого человека, ведь эти вещи можно было приобрести лишь на вещевом рынке города, за большие деньги. Единственно, что насторожило ее, руки, на одной из которых синели наколки, которые свидетельствовали о том, что их обладатель побывал в заключении. Он отошел от мотоцикла и медленно направился к ней.
– Резеда! Я не буду крутить, скажу кратко и вполне доступно. Ты должна помочь нашему другу, который сейчас находится в следственном изоляторе. От твоих показаний напрямую зависит, сколько лет он будет в местах лишения свободы. Ты женщина молодая, красивая, тебе еще жить и жить. Мне бы не хотелось прибегать к крайним мерам воздействия.
– Я что-то вас не пойму? Вы мне угрожаете? Да, кто вы такой, чтобы мне угрожать! Вы хотите, чтобы я подняла весь дом?
Антонов явно не ожидал подобного поведения. Он растерянно затоптался на месте, стараясь погасить вспышку страха. В том, что женщина испугалась, он не сомневался. Он замолчал и внимательно посмотрел на нее.
– Резеда! Я и мой друг, в отношении которого я хотел с тобой поговорить, с «Тяп-Ляпа». Это тебе о чем-то говорит? От тебя требуется лишь изменить свои показания. Если точнее, то тебе нужно сказать, что у него в руках ничего не было. Просто от страха тебе в тот момент показалось, что у него в руках был обрез. Я ясно говорю или нет?
Женщина, молча, выслушала его. В этот раз она не предпринимала никаких попыток закричать.
– Извините, но я не могу изменить свои показания. Я уже их дала в тот самый вечер, когда все произошло. Да и милиция не пойдет на это.
– Мы сейчас говорим не о милиции, а о тебе. Мне нужно, чтобы лично ты изменила свои показания. Ты это понимаешь или нет? Скажу по-другому. Если ты не изменишь свои показания, то я сначала пущу тебя под «хор», а затем мы тебя живьем закопаем. Тебя устраивает подобный расклад?
Несмотря на плохое освещение, Антонов увидел, как побледнело лицо женщины. На ее лбу показались капельки пота.
– Что, взмокла? Я не шучу! Все будет так, как я тебе сказал. Теперь у тебя есть выбор. Выбирай, кто тебе дороже – милиция или твоя жизнь. На них можешь не рассчитывать, они тебя всю жизнь охранять не будут. Они снимут охрану, а мы тут как тут. Завтра я подъеду сюда в десять утра. Если надумаешь поменять показания, я отвезу тебя к нашему адвокату. Если не выйдешь из дома, тебя ждет смерть."
"Он снова посмотрел на нее. При слове «смерть» она закрыла глаза. Он медленно повернулся и, не торопясь, направился к своему мотоциклу. Откуда-то из тени вышел молодой парень с обрезом в руках. Сунув обрез за пояс джинсов, он завел мотоцикл. Антонов сел на пассажирское место, и мотоцикл с шумом промчался по пустому двору и скрылся за углом дома.
