Я стараюсь держаться, потому что у меня по-прежнему нет оснований закатывать скандал! Просто на пустом месте? Бред! Тем более, сегодня вернулись его родители, и мы собираемся поздравлять их с годовщиной.

Едем в тишине. Рома пару раз ругается матом, когда его подрезают, и я удивленно смотрю на него, но мне страшно это как-то комментировать.

От уверенной в себе женщины словно не осталось и следа. Я не могу понять, что меня так тянет и грузит в разные стороны, он тоже ничего не торопится объяснить. Я не выдержала прошлой ночью, когда он в который раз сослался на усталость и отвернулся спать. Все-таки спросила, и в ответ получила жесткое и грубое:

- Я устал, твою мать! И да, так бывает!

Потом схватил подушку и ушел спать в другую комнату. Даже ответить мне не дал, только промямлить…

Да я и не могла ответить. За последние две недели у меня в душе все столько раз успело перевернуться, но главное - я постоянно чувствую себя, как на плахе! Будто бы над головой висит топор, и не вздохнуть, ни моргнуть, ни пошевелиться.

Что происходит?! Рома, что происходит?!

Мы останавливаемся рядом с домом его родителей. Я снова молчу. Мне кажется это логичным - молчать, ведь давить на мужчину сейчас, когда он явно находится в своих проблемах? Это не самое логичное, что может сделать женщина. Возможно, у него на работе какая-то хрень, а я тут буду…что? Говорить про Кристину? Бред. Нет, это точно бред! Я видела их с Эмилем вместе. Он ее любит, очень сильно любит, и какой смысл тогда? Зачем ей мой муж, когда уже есть один, но свой, родной? Тупость.

Прекращай.

Прекратить не получается. Я почему-то снова и снова возвращаюсь мыслями именно к ней, и это давит. Дышать все сложнее…

Совсем не по-настоящему радуюсь, когда родители Ромы открывают мой подарок, хотя я очень долго его выбирала. Это парные часы, инкрустированные топазами с очень красивой, трогательной гравировкой:"

"Пусть все время мира будет принадлежать вам всегда.

Ну, мне так кажется, по крайней мере. Судя по тому, что Нина Николаевна расплакалась, ей тоже. Но Рома цедит второй стакан виски и не смотрит в мою сторону. Я будто бы больше не чувствую его поддержки, а между нами глубокая пропасть…

Холодно и одиноко.

Я силюсь улыбнуться, хотя на самом деле хочется рыдать. От непонимания и страха, что я чего-то не знаю. Но чего? Это от меня ускользает…

- Так, девочки, - наконец, устав вытягивать разговор, произносит Николай Петрович, - Мы вас оставим ненадолго. Хочу поговорить про дела на фирме, а вы…Нина, покажи Лерочке фотографии, хорошо?

Я достаточно знаю своего свекра, чтобы понимать, что ему ситуация совсем не по душе. И нет, дело не в бизнесе, он тоже заметил, что Рома ведет себя странно и отчужденно.