Бывшие. Вспомнить всё... (СИ)

Здесь хорошая приточная вентиляция — я отлично знаю эту модель лифтов, — голос Воронова стал еще тревожнее.

— Откуда ты знаешь? — промямлила я, жадно хватая пахнущий Максом воздух.

— Моя компания была поставщиком. Все лифты, установленные в этом здании, я лично притащил из Америки.

— Ты притащил?! — от удивления у меня даже дурнота начала проходить — он же раньше другим занимался. Когда мы были с ним…В глазах начало проясняться, и воздуха вокруг как будто стало побольше. Я глубоко вздохнула, приходя в себя.

— Моя компания притащила — я поставляю лифты и эскалаторы строительным подрядчикам, — Макс еще раз тряхнул меня и внимательно всмотрелся в мое лицо.

Растянул губы в ядовитой улыбочке:

— Ну что, будешь приходить в себя Адеева?

— Я в полном порядке. Так что, убери лапы! — я выпрямилась и дернулась, чтобы вырваться из его объятий.

Чуть помедлив, Макс все-таки отпустил мою талию. Шагнул назад, прислонился к стенке и достал телефон. Словно забыв о моем присутствии, одной рукой принялся нажимать кнопки. Во второй так и держал свой букет.

Я тоже оперлась лопатками на стенку и, прикрыв глаза, украдкой его рассматривала.

За два года он почти не изменился. Все такой же широкоплечий, подтянутый и смазливый. Только в уголках глаз появились маленькие морщинки, да между бровей залегла складка."

"Еще волосы стали длиннее. Раньше он стригся довольно коротко, а сейчас отрастил так, что они лежали мягкой волной от лба к затылку.

«Наверное, это тоже нравится его девушке, как и дурацкая щетина!» — подумала я с непонятным раздражением. Сама себя одернула — какая мне разница, что там в Воронове кому нравится. Он сам по себе, я сама по себе.

Настроение опять стремительно поползло вниз. Я переступила с ноги на ногу и ядовито проскрипела:

— Может все-таки позвонишь насчет поломки, а, Воронов? Раз уж именно твоя компания поставила этот некачественный лифт, может твои подчиненные и вытащат нас отсюда?

— Не вытащат. Мне уже написали, что во всем районе отключили электричество. Авария.

— И ты молчал? Ничего мне не сказал! — ахнула я и даже руками всплеснула от возмущения.

— Во-первых, что бы это изменило? А во-вторых, я узнал об этом секунды четыре назад.

Встал, перекрестив ноги и откинув затылок на стенку. В руках все так же бережно держал конус из крафтовой бумаги.

— Кому цветочки? — поинтересовалась я после паузы как можно небрежнее. И лицо сделала такое скучающее, чтобы сразу стало понятно, что спрашиваю исключительно, чтобы поддержать разговор. А так-то мне совершенно однофигственно, кому он веник тащит.

Темная вороновская бровь насмешливо приподнялась.