Дожив до своих лет, Дмитрий и не думал, что когда-нибудь будет способен на подобные чувства и столь зашкаливающие эмоции. Они лупят наотмашь, дезориентируют, это словно нокаут, которого совершенно не ожидаешь.

Дима так надеялся, что Альбина испытывает к нему хотя бы половину от силы тех чувств, которые чувствует к ней он.

Альбина чаще задышала. Обхватила ладошками лицо мужчины, продолжая всматриваться в его потемневшие глаза. Подушечки больших пальцев нежно погладили скулы и опустились к его шее, к плечам, сдёргивая рубашку. После снова потянулась к его губам, впиваясь в губы мужчины.

Её отклик сработал как взрыв, окончательно взорвавший выдержку Дмитрия.

Ни о какой сдержанности после этого и речи быть не могло.

Никаких слов больше не требовалось.

Оба хотели прикасаться друг к другу, целовать, прижиматься обнажёнными телами, желая почувствовать жар кожи.

Одежда полетела в сторону: её юбка, кофточка и нижнее бельё, и его брюки вместе с боксёрами. Дмитрий почти не замечал, как расправлялся с остатками одежды. Лишь оказавшись обнажённым, поднял такую же обнажённую женщину на руки и двинулся к кровати.

На этот раз не хотел спешить. Ему жизненно необходимо рассмотреть её. Впитать в себя её всю, каждую её эмоцию. Она такая красивая: стройная, хрупкая, изящная, светлые пряди рассыпались по подушке, обрамляя лицо. Пухлые губы приоткрылись, а руки потянулись к мужчине, желая привлечь его ближе. К ней.

Дмитрий прикоснулся руками к бёдрам женщины, раздвигая. Жаждая рассмотреть её всю. Дыхание сразу же участилось у обоих. Глаза Альбины потемнели. Они передёрнуты пеленой желания. Дмитрий не сомневался, что его взгляд и вовсе поплывший, словно у пьяного.

Один лишь вид распластанной, красивой, доступной и любимой женщины в столь откровенной позе, вызывал у Дмитрия дикую волну возбуждения. Перевёл взгляд на женское естество и ощутил рой мурашек по телу от потребности поскорее оказаться в ней.

- Дим, иди ко мне, - Альбина продолжила цепляться за его плечи, желая прижаться к его груди своей.

Дмитрий накрыл женщину своим телом, давая ей почувствовать его жар и тяжесть, а после толкнулся в неё, заполнив до основания одним сильным движением, вырывая из её горла тихий всхлип.

А дальше он уже не мог ни о чём думать, впрочем, как и Альбина. Двигались друг другу навстречу в быстром ритме, пытаясь насытиться, удовлетворить общую плотскую жажду. С жаром целовались, упиваясь обоюдным дыханием и страстью. Поглощали тихие стоны друг друга, пока оба не получили желаемое.

Альбина без сил откинулась на подушку, а Дмитрий опустился рядом, прижимая её к себе, не желая отпускать.

Ему нравилось любить её вот так: открыто, без защиты, не думая о последствиях.

Нравилось присваивать и делать своей.