— Ты молодец, даришь людям радость! Ян, в таком случае, может сходим куда-нибудь вместе?

Дочка толкает дверь в квартиру, и та поддается и открывается. На пороге показывается мама, которая, увидев нас с Димой, делает удивленное лицо, будто она вовсе не подсматривала за нами в дверной глазок. Сосед тушуется и спешит попрощаться, сказав, что мы ещё увидимся позднее и обязательно поговорим.

— Он хороший, — произносит мама, помогая дочке раздеться. — Присмотрелась бы…

— Кто хороший, мам?

— Димка! Я же вижу, как он на тебя смотрит.

— Смотрит, и что? Я не пойду с ним на свидание, если ты об этом.

Вешаю в прихожей сумочку и снимаю с себя обувь.

— Ты бы о Лизке подумала! — произносит с укором мама. — Ей какой-никакой отец нужен, а Димка смотрит на тебя щенячьими глазами уже сколько лет. Он заботился бы о тебе и дочери.

Возможно, она права, но думать об этом сейчас мне не хочется. Дима совершенно не в моём вкусе, сердце при виде на него абсолютно не ёкает, а мужчинам с давних пор я не доверяю.

И боюсь, как огня.

Глава 4.

* * *— Хлеб не забудь купить, — мама без стука открывает дверь в мою комнату.

Она застает меня перед зеркалом, когда я подкрашиваю ресницы.

Через десять минут должен приехать Тимур, он написал мне об этом в личном сообщении. Теперь у меня есть его номер, и я могу в любое время позвонить и сказать ему о дочери. Могу, но не стану.

Мама щурит глаза и окидывает меня пристальным взглядом с головы и до ног.

— Ты куда-то ещё собралась? — спрашивает.

— Нет, только на УЗИ, — отвечаю невозмутимым голосом. — А что?

— Да нет, ничего, — немного оттаивает. — Ты это платье надеваешь только по особым поводам, Яна.

Она заставляет меня густо покраснеть, потому что так и есть.

Платье, которое я достала из шкафа, одно из самых нарядных и дорогих в моём гардеробе. Я купила его, когда получила премию на работе, впервые так сильно потратившись. Маме сумму не назвала, но было и без ценника понятно, что оно не из дешевых.

— Чушь, — отвечаю ей, привирая. — Платье как платье, ничего в нем особенного.

Мама недоверчиво качает головой и прикрывает за собой дверь.

Отшвыриваю тушь в сторону, злюсь на саму себя. Для кого нарядилась, спрашивается? Для того, кто вышвырнул тебя из номера, словно дешевку? Тут же снимаю с себя платье, небрежно забрасываю его на самую верхнюю полку и достаю оттуда наряд попроще.

Вместо распущенных по плечам волос завязываю высокий хвост. Стираю с ресниц тушь, а с губ помаду. Вот, так вполне годно для обычной деловой встречи между суррогатной матерью и биологическим отцом, которому я должна буду вернуть ребёнка через несколько недель.

Когда выхожу в прихожую, мама удивленно вскидывает брови. Заметила, что я переоделась, но, наверное, списывает это на личные счёты. Так даже лучше.

— Лиза ещё спит? — спрашивает меня.