Детям же нужен соответствующий рацион? Что-то полезное, питательное, витамины? Ничего в том не смыслю. Надо еще детей к врачу отвести. Делаю себе пометку. Пусть проверит ребятню. С их-то жизнью… и едой с помоек…

Сжимаю челюсти до скрипа. Адски больно. Более дикого и обжигающего чувства за всю жизнь не испытывал.

На столе оживает телефон. Смотрю на номер… приехали…

- Слушаю вас, Адриан Аркадьевич, - закрываю глаза, прислоняюсь спиной к холодильнику.

- Моя дочь пришла домой в слезах! Сергей, куда это годится? – говорит мягко.

Впрочем, он и головы конкурентов откручивает с улыбкой. У этого человека только одна слабость – его обожаемая дочь Адриана. Ей он и звезду с неба достанет."

"- Мы сами разберемся, - вздыхаю. Вот только разборок с Аркадьевичем мне не хватало.

- Что это за дети? Хвосты прошлого? – голос становится еще мягче. Прям отцовское участие, если бы я не знал, чем это пахнет.

- Хвосты у собак. При всем моем уважении, Адриан Аркадьевич, еще одно подобное высказывание и мы закончим этот разговор, - чеканю, не скрывая злости.

- Ох, тебя зацепило. Любопытненько, - мурлычет как кот, увидевший сметану. – Тебе важны эти дети, мне счастье дочери. Улавливаешь сходство. Адриана, поняла свою ошибку. Я проведу беседу, ну и ты пойми… слезы моей дочери очень дорого стоят. Прошлое, Богдан, - специально называет меня родным именем, - Оно может вернуться, со всеми вытекающими проблемами. Тогда волей-неволей придется с детьми попрощаться, - не вижу, но чую довольную лыбу на его холеном лице.

- Тогда и Адриане придется очень несладко. Вам ли не знать, на что способен человек, когда ему нечего терять, - сжимаю телефон сильнее, борюсь с искушением бросить его об стену.

- Конечно, знаю, - смеется. – Только загвоздка в том, что теперь тебе есть что терять, Богдан. Как зовут очаровательных детишек? Мальчик и девочка, правильно? Сколько им лет?

- Не ваше дело! – рычу. – Если только, один волос с их головы упадет!

В этот момент реально понимаю, что за Катю и Коля я готов против всего мира пойти. Откровение шокирует меня. Как за такой короткий период, мое холодное, непробиваемое сердце, ТАК привязалось к ним?

- А чего ты кипятишься? – продолжает миролюбиво. – Адриана моя дочь, она плачет… Полагаю, мы поняли друг друга.

Скотина загоняет меня в капкан. Дети не станут для Аркадьевича преградой. Слишком хорошо я знаю всю его подноготную, и какими способами он пришел к власти.

К сожалению, узнал с опозданием. Иначе бы в прошлом принял совсем другие решения.

- Если она хоть косым взглядом посмотрит на детей!

- Она передает, свои извинения. Растерялась… но обещает исправиться. То же самое, верю, сделаешь и ты, Сергей, - выделяет мое новое имя. – Приятного вечера.

Отключает вызов.

Включаю холодную воду в раковине и подставляю голову.