— Как съездили в Калифорнию?
— Отлично, — широко улыбнулась я. — Вернулась другим человеком.
Да-да, и это не в фигуральном смысле. Хорошо, что Анна мысли читать не умеет.
Дэйдра снабдили меня толстой папкой с фотографиями, именами и подноготной близких людей. Я выучила далеко не все, слишком много информации. Дэдэ убедила, что в ее кругу знакомые по большей мере случайные. Им просто улыбаешься и ждешь, когда кто-нибудь назовет имя. Всех даже она не помнит. Понятно, улыбаемся и машем… хорошо, что я буду не совсем одна: информацию помогал собрать хороший друг, с котором мне еще предстоит познакомиться.
Я перекусила салатом с тунцом и сэндвичем с креветками, приготовленными Анной. Затем освежилась под душем, когда вышла — домработница уже закончила. Перелет был утомительным, а мое состояние слишком нервозным, чтобы отдохнуть в небе. Нужно выспаться. О том как быть дальше — подумаю после.
Меня разбудил звонок. Какая-то Эстер хотела узнать вернулась ли Дэдэ, точнее, я.
Я просто делаю вид, что мне не плевать на африканских детей.
Моя сестра оказалась дамой циничной, но меня это не отвращало: Дэйдра имела смелость говорить об этом, а не строить из себя святую. Сейчас я даже понимала, что папе она взялась помочь, потому что я помогаю ей. Дашь на дашь… По крайней мере честно.
— Что тут? — Я взяла со стола потрепанный номер «Нью-Йорк Таймс».
Вечер только начал заниматься, и я решила прогуляться: Манхэттен для меня — как декорация к фильмам. Что-то нереальное и манящее! Я не стала наносить боевой раскрас — пусть лицо отдохнет от тонны косметики, которой мне придется штукатуриться изо дня в день.





