Разве это может сочетаться? И можно ли эту смесь испытывать к девушке, которую видишь второй раз в жизни?

— Мы так и будем стоять или всё-таки поедем? — вопрос Назара вытягивает меня из вереницы волнующих вопросов.

— Куда?

— В моё любимое место.

Напрягаюсь.

— Почему именно в твоё любимое?

— Потому что оно тебе тоже понравится.

— Я бы на твоём месте не была в этом так уверена.

— А я бы на твоём месте просто молча сел бы на мотоцикл и доверился мне.

— Ты просишь от меня слишком много.

— Разве, Кать? — ухмыльнувшись, Назар отталкивается от мотоцикла и наконец подходит ко мне вплотную.

Возросшее волнение подстрекает отвести взгляд в сторону, но упрямство помогает мне вздёрнуть подбородок и посмотреть Назару в глаза. И очень зря. Я переоценила свои силы и недооценила его влияние на меня. Секунды не проходит, как я пропадаю в чернильных глазах, а запах его кожи с едва уловимыми нотками парфюма дурманят, возбуждают, делая меня покорной и податливой.

Никак не противлюсь, лишь тихо выдыхаю, когда мужские пальцы касаются моего лица, проводят по скуле и описывают контур губ, чуть раскрывая их.

Не знаю, что на меня находит. Помутнение — да и только. Но, слава богу, мы находимся в безлюдном переулке, потому что я со стыда сгорела бы, если бы кто-то увидел, как Алина Воскресенская слегка высовывает язык и кончиком касается подушечки пальца малознакомого мужчины. И при этом увлажняется, как портовая девка.

От моего порочного жеста глаза Назара вмиг чернеют ещё больше, хотя мне казалось, что это невозможно. Его челюсть сжимается, хриплый стон вибрирует в груди, передаваясь мне мелкой дробью. И я начинаю дрожать, ноги превращаются в желе, в голове начисто стирается всё, кроме одного желания — ощутить губы Назара своими. И, по ходу, это взаимно.

Я не успеваю даже спустить взгляд с его глаз на рот, как на меня уже рушится лавина мужской силы, запаха, вкуса, всего… Назар резко хватает меня за волосы. Не грубо, не больно, а так, чтобы я никуда отодвинуться не могла. Давит на затылок и вторгается языком внутрь, целует жадно и напористо, хозяйничает во рту, как в своих владениях, а я смиренно позволяю ему это и целую в ответ.

Потому что хочу. Потому что рассудка лишаюсь. Потому что чувствую себя голодной до этих новых ощущений и безумно счастливой. Какой никогда прежде не была.

Назар такой высокий, что даже с моим ростом метр семьдесят мне приходится встать на цыпочки, чтобы было удобней зарыться пальцами в его жёсткие волосы. Издаю блаженный стон и продолжаю дуэль с его языком, слыша, как шумит в ушах — это мой пульс срывается. Возбуждение опутывает тело горячими верёвками, которые натягиваются в самых чувствительных местах.

Мы целуемся глубоко и пошло. Будто с нашей последней встречи прошло не несколько часов, а год.