— Странно, — озадачилась я, но выяснять дальше ничего не стала. У человека горе, а тут я подвернулась.

— Я рада, что вы ошиблись номером и попали ко мне, Агата. Не иначе, вас ангелы направили. Я же сидела, смотрела на эти баночки с таблетками Сережи и думала… Больно, Агатушка. Вся жизнь ведь с ним прошла. Пятьдесят лет бок о бок. Мы поженились, когда мне едва исполнилось восемнадцать. И вот его больше нет, только я одна… Снотворного много осталось, и я…

— О господи, — выдохнула я, осознав, что именно мне сейчас говорит эта женщина.

И возраст ее сразу же посчитался. И слова про снотворное осознала…

— Ирина, простите, не знаю вашего отчества, а не пойти ли нам с вами выпить чаю? — кашлянув, спросила я.

 — И вы мне расскажете, каково это — выйти замуж в восемнадцать лет, прожить с мужчиной полвека и не растерять чувства. Потому что мне вот двадцать три, но я пока совершенно не готова к серьезным отношениям.

— Чаю? А пойдемте, Агата. Мне так нужно хоть с кем-то поговорить, само провидение мне вас послало. А то бы я ведь глупостей натворила, а мне еще Сережу хоронить. А отчества не нужно.

Это было самое странное чаепитие в моей жизни.

И она, и я, мы пили каждая свой чай в своей квартире. Я что-то грызла, и слушала. Успело рассвести, я сварганила себе на завтрак бутерброд и сварила кофе с гвоздикой по рецепту Ирины, так и не пожелавшей назвать мне свое отчество. Так чаепитие плавно перешло в кофепитие. А мы все беседовали.

Точнее, она рассказывала, я больше внимала.

— Вот так-то оно и бывает, Агата, — негромко рассмеялась моя собеседница. — Я вас совсем заболтала, да? Сколько уже времени? Ох. Это мы с вами уже больше трех часов беседуем?

— Ничего страшного. Мне интересно, правда.

У вас такая необычная жизнь была, Ирина. Невероятно просто. Столько воспоминаний осталось. Вы книгу мужа издадите?

— Да, Агата. Вот мы с вами сейчас поговорили, и у меня цель появилась. И книгу его издам. Рукопись-то готова, это Сережа все думал, что нужно лучше и лучше… Да и другие дела. Спасибо, дорогая моя девочка. Твой звонок меня к жизни вернул. А то уж я совсем что-то…

Она смущенно кашлянула, стыдясь внезапной слабости и мыслей о том, чтобы уйти вслед за мужем.

Наконец, мы с Ириной попрощались.

Я так и не стала спрашивать о странном сообщении, пришедшем с ее номера.

Мало ли, на что способен человек, у которого помутился разум от горя. Может, она сама не понимала, что делает. Просто отправила крик о помощи в никуда, а попала ко мне.

На работу мне было не нужно, благо выходной день. Посему, забравшись в постель, я благополучно проспала до обеда.

Второй раз ""позавтракала"", и неважно, что уже три часа дня. Когда проснулась, тогда и завтрак.

Пока пила кофе и жевала бутерброд с копченой колбасой, прокручивала в голове ночной разговор. Странно все же.