Хотите проверить?"
"Провоцирую. Глупо нарываюсь, но если я хоть немного поняла этого дракона, то он не будет этого делать.
Глаза Роуварда вспыхивают, а потом резко темнеют, когда он пробегается взглядом по моей фигуре. Меня бросает в жар, и я даже успеваю пожалеть о своих словах. Но дракон метким движением зашвыривает коробочку в камин, где она сразу же ярко вспыхивает, превращаясь в пепел.
Роувард не просто так делает это — он следит за моей реакцией. И, похоже, она его устраивает, потому что, усмехнувшись, дракон отходит и садится за стол.
— Я запрещаю тебе выходить из дома без моего личного позволения, — говорит он. — Кто бы и что бы тебе ни сказал, ты должна услышать разрешение лично от меня, поняла?
Место метки обжигает: так вот, как оно действует. Мне приказали, метка “записала”. И что теперь? Я теперь и шагу из дома действительно ступить не смогу? Вот засада…
— Поняла, ваше величие, — отвечаю я. — Могу идти?
— Как твой ожог? — внезапно спрашивает он.
Почему? Потому что понял про метку или… из-за мази? Черт. Надо было ему сразу отдать.
— Он уже… Не болит.
— И сейчас?
Дракон знает. Снова проверяет?
— Ваш приказ напомнил мне о метке, хотя я почти забыла о ней, — честно отвечаю я. — Если, конечно, не считать того, что мне несколько раз в городе указали на ее существование.
Сжимаю кулаки и отвожу взгляд.
— Только глупцы могут ставить в вину то, к чему сами имеют непосредственное отношение, Марика, — спокойно говорит Роувард. — Едва ли из-за глупцов стоит расстраиваться. Иди.
Хорошего же он мнения о городе. Впрочем, в этом мы с ним сходимся. Хоть одна точка соприкосновения есть, уже радует.
Я покидаю кабинет, сталкиваясь на пороге с недовольной Клотильдой, которая не иначе как подслушивала. Подмигиваю ей и спускаюсь к Марте, которая как раз заканчивает приготовления к ужину.
Улька собирает несколько тарелок на поднос:
— Его величие сегодня решил поужинать у себя в кабинете, а ты не хочешь вместе с нами?
Конечно, я соглашаюсь, и вместе наслаждаемся ароматным и сытным овощным рагу, а потом вместе разбираем все покупки, что принесли из города. Марта нахваливает специи и из-под полы дает мне кусочек мяса для Руди.
Поэтому, когда все расходятся по домам, я иду к сову. Утром нехорошо его оставила: и перевязать не смогла, и Клотю побыстрее увести надо было. Поэтому чувствую за собой небольшую вину.
Однако Руди встречает меня вполне довольным и счастливым. Он даже, кажется, пушистее стал, чем был: значит, идет на поправку.
— Ты как? Все еще дуешься на меня? — я подхожу ближе и ставлю свечу на полку.
“Спина не болит и крыло поднимается”, — как-то по-своему отвечает на вопрос Руди.
— Это значит “нет”? — улыбаюсь я.
“Нет”, — говорит сов и издает урчащий звук.
— Ну и прекрасно.
