Он стоит прямо передо мной: высокий, красивый, чужой. Подбородок поднят вверх, глаза прищурены. Из одежды у него на бедрах болтаются джинсы. Темно-каштановые волосы мокрые и взъерошенные. Босые ноги утопают в мягком ковре. А у меня чувство, что между нами ничего и не было. Померещилось. Не было этой ночи. Не было его рук на моем теле, его жаркого шепота, стонов удовольствия. И постель смята не нашими телами. Хочется протянуть руку и прикоснуться. Провести пальцами по ключицам, спуститься ладошками по груди, задержаться, ловя стук его сердца. Я знаю, оно колотится, как мое собственное. Потом дотронуться до живота. Он твердый, а кожа горячая. И наверняка твердый не только там, где я вижу. Но морок, в который я сама себя погружаю, разбивает холодное: - Пошла вон!
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

И я этим с удовольствием пользуюсь.

Он резко встает с явным намерением задать мне трепку. Идея так себе. Я ведь дам сдачи. Но подойти ко мне ему мешает Кирилл.

Вернее, его слова:

-Вау! Маргош, Платон, вы зачем на мою невесту накинулись?

Фраза имеет эффект разорвавшейся бомбы.

-Невесту?!- рычит Платон, сжигая меня взглядом.

Но ему вторит другой голос, женский:

-Невесту?

Он похож на шелест сухой листвы.

Оборачиваюсь, на лестнице замерла девушка, красивая, хрупкая как статуэтка. Это она переспрашивала про невесту. Рядом с такой любая другая женская особь чувствует себя неуклюжей коровой. Она напряженно сверлит Кирилла глазами. В них застыл ее немой крик: ""Как ты мог!"" Но за ее спиной возвышается мужчина. Взрослый и нерусский. А Кирилл смотрит на нее. Не на меня. И в его глазах тоже беззвучный ответ: "" Как ты могла?!""

У меня в голове рождается закономерный вопрос - что происходит вообще?

Мужчине явно пришелся не по вкусу ступор его спутницы. И лицо его мне знакомо.

-Елена, ты доросла до подобных заведений? - обращается он ко мне.

Не могу вспомнить его имя. Он приезжал к Давлатову.года три назад."

"-Ты-то ее откуда знаешь, Самир? - цедит Платон недовольно, каким-то образом оказываясь впереди меня и закрывая меня от взгляда внимательных черных глаз собой.

Тут я, наконец, вспомнила, как его зовут.

-Не надо так волноваться, Платон. Я здесь со своей невестой.

Он выделяет голосом ""своей"".

Сегодня что - день всеобщей помолвки?

Я выглянула из-за плеча Хромова и съехидничала:

-Так Вы б тоже не волновались, господин Дзагоев. Мне сюда уже можно. Паспорт показать?

Но этому дяде не интересно мое чувство юмора. Он прекрасно владеет собой. И я перед ним девчонка.

-Не нужно паспорта, Лена, - отвечает он мне терпеливо, потом обращается к спутнице, - Проходи, Саша, ты же хотела поздороваться с друзьями.

Девушка вплывает в випку. Движется грациозно, плавно, притягивая взгляды. Балерина? Занималась танцами? Скорее, первое.

Кирилл вспоминает о моем существовании. Особой радости я от этого не испытываю.

Он протягивает мне руку и зовет:

-Лен!

Подойти ему ко мне мешает Платон, который не сдвинулся ни на сантиметр. Я тоже не могу двинуться в его сторону, потому что Хромов почти загнал меня в угол.

И неизвестно, стоит ли брать протянутую руку. Так всегда бывает, ты уже выбрала платье для свадьбы, решила, где вы будете жить, даже имя первенцу придумала. А затем оказывается, что ты очень поспешила.

Стоящий рядом Платом бесит неимоверно. Ведь понимаю, что он не при чем. Но каблук ближайшего к нему сапога прямо таки горит от того, как я хочу вдавить ему его в ногу. Тем более, что Платон предпочитает дорогую обувь из тонкой кожи.

Однако немотивированная агрессия - это плохо. Я стараюсь себя сдерживать.

-Платон, можно я пройду? - спрашиваю вежливо.

Поделитесь впечатлением о книге

Понравилась история или, наоборот, не зашла? Напишите пару слов — ваш отзыв поможет другим читателям решить, стоит ли открывать эту книгу.

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив