Он стоит прямо передо мной: высокий, красивый, чужой. Подбородок поднят вверх, глаза прищурены. Из одежды у него на бедрах болтаются джинсы. Темно-каштановые волосы мокрые и взъерошенные. Босые ноги утопают в мягком ковре. А у меня чувство, что между нами ничего и не было. Померещилось. Не было этой ночи. Не было его рук на моем теле, его жаркого шепота, стонов удовольствия. И постель смята не нашими телами. Хочется протянуть руку и прикоснуться. Провести пальцами по ключицам, спуститься ладошками по груди, задержаться, ловя стук его сердца. Я знаю, оно колотится, как мое собственное. Потом дотронуться до живота. Он твердый, а кожа горячая. И наверняка твердый не только там, где я вижу. Но морок, в который я сама себя погружаю, разбивает холодное: - Пошла вон!
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

Врач убирает повязку, осматривает рану, потом с подозрением глядит на меня:

-Это Вы его так, милая барышня?

Сегодня - день абсурда.

-Что Вы! Я бы его зарезала. И вместо Вас здесь бы была труповозка.

Семейный доктор нервно откашливается и обращается к своему клиенту:

-Платон Игоревич, я бы предпочел, чтобы Вы поехали со мной в клинику. И Вы уверены, что не нужно вызвать полицию?

Платон морщится недовольно:

-Вадим Львович, если бы я хотел устроить шоу, я бы его уже устроил. И Вы не можете меня здесь подлатать? Если ничего серьезного...

Что за человек такой? Он здесь прописался? Или переехал ко мне? А я не в курсе?

-Нет, нет и нет. Не надо у меня никого подлатывать. Забирайте своего пациента и езжайте в больницу.

Лицо Платона принимает обиженное выражение:

-Я тут на диване посплю, Лен.

Какой же он невыносимый!

-Платон, я устала. Пожалуйста, давай ты поедешь с доктором?

-Жестокая ты, - делает он вывод, пока Вадим Львович снова накладывает ему повязку и помогает одеться.

Оставшись одна, иду в спальню. Постельное белье я уже сменила, поэтому ныряю под одеяло. И только сейчас осознаю, что я стала женщиной. И с кем! С Платоном. Сама себе не верю, что пошла на этот шаг.

А виной всему Кирилл.

Понимаю, что не надо было соглашаться на близость с Хромовым только чтобы что-то доказать себе. И секса нормального не получилось. Нет, мне нравилось, как он меня ласкал, но я была не готова к тому что приятные ощущения так резко сменятся неприятными. Поэтому я не захотела терпеть. Я вообще не люблю этого делать. Если меня что-то не устраивает, я стараюсь изменить ситуацию на комфортную.

Телефон неожиданно звонит. Беру его в руки. На дисплее горит имя ""Платон"". Мне хочется ответить, но не хочется, чтобы мне снова сделали больно. И речь не про физическую боль. Мне не хочется, чтобы калечили мою душу.

Всё же отвечаю на звонок:

-Алло!

-Лен... - дальше я слушаю тишину.

Может, я его неправильно оцениваю? И он вовсе не такой мудак, каким мне всегда казался?

Я тоже молчу.

-Можно, я тебе утром позвоню?

Я прислушиваюсь к себе, стараясь понять нужно ли мне продолжение.

В конце концов, выдыхаю:

-Да.

Не знаю, что из этого получится. Но пока не попробуешь, не узнаешь.

Затем поспешно добавляю:

-Только не в шесть утра!

Слушаю тихий смех и нажимаю отбой.

Я так устала, что засыпаю мгновенно.

Утро начинается с сигнала будильника. Вставать и ехать на учебу нет ни малейшего желания. Я пишу куратору о плохом самочувствии. И снова засыпаю."

"Во второй раз просыпаюсь поздно, около двенадцати дня. Иду в туалет. Низ живота ноет, кровянистые выделения небольшие, но продолжаются. При таком раскладе визит к гинекологу - это необходимость. Собираюсь позвонить и выяснить, когда меня смогут принять, и обнаруживаю, что у меня куча пропущенных вызовов. Телефон стоял на беззвучке.

Поделитесь впечатлением о книге

Понравилась история или, наоборот, не зашла? Напишите пару слов — ваш отзыв поможет другим читателям решить, стоит ли открывать эту книгу.

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив