— Он потеребил пальцами ее соски. — Любовь моя, — повторил он более многозначительно.
Энн недоверчиво усмехнулась.
— Любовь, — трепетно прошептала она.
Он спустил ее сорочку до пояса, так что груди ее целиком высвободились из-под прикрывающей их материи. Он взвесил их в руках.
Мигом исчезла вся нерешительность, сомнения, предубеждения. На один короткий восхитительный миг она позволила себе поверить, что он ее любит. На нее снизошло ослепительно яркое озарение — она поняла, что специально прятала от него часть собственного «я» из страха быть брошенной или обиженной. Все кого она когда-либо любила, ее оставили. Стремление уберечь себя от боли непринятия и было той движущей силой, которая лежала в основе ее желания покинуть Кельвин тем утром."
"Теперь же она оставила все страхи и опасения. Она хотела жить только настоящим. Она хотела чувствовать прикосновение его кожи. Она хотела целиком и полностью отдать всю себя мужчине, которого любила. Счастливая, она бросилась ему на шею, едва не повалив на спину и усыпая поцелуями, словно от этого зависела ее жизнь.
Айден рассмеялся, падая на кровать и увлекая ее за собой. Все слова были сказаны. Его руки искусно развязали подвязки и сняли с нее чулки. Она выгнула стопу, и туфельки легко соскользнули на пол.
Его губы оставили ее. Она попыталась было возмутиться, но все ее негодование вылилось в радостный вздох, когда его губы сомкнулись на ее соске.
Энн едва не подскочила на кровати, когда он взял его в рот. Это легкое прикосновение творило дивные вещи с ее женской сутью. Оно пробуждало в ней потребность… и знание, древнее как мир.
Руки его скользнули по внутренней части ее бедер, и он коснулся ее в самом интимном месте, пальцами имитируя движение языка. Энн совершенно потерялась. Ее охватило дурманящее, кружащее голову чувство, доселе ей незнакомое.
— Айден, что ты делаешь?
Он поднял голову и усмехнулся. Глаза у него в этот момент были такие неимоверно синие, что у нее перехватило дух.
— Люблю тебя.
Она протянула к нему руки.
— Пожалуйста, будь со мной.
Айден разделся до пояса. После чего он без особых проблем стянул с себя сапоги, а вслед за ними и бриджи. Его мускулистое тело в лучах угасающего солнца казалось произведением искусства.
Потянувшись вверх, она провела рукой по его рельефной груди, наслаждаясь ощущением.
Сорочка свободно болталась у нее на талии. Он со смехом стянул ее через голову и отбросил в сторону. Теперь она была полностью обнажена.
Энн инстинктивно попыталась прикрыться, но он положил руки ей на плечи и остановил ее. Он сосредоточенно провел пальцами по ее волосам, пока они не заструились у нее по плечам, кончиками касаясь грудей.
— Я представлял тебя такой, — сказал он. — Такой я хочу тебя запомнить.
