Я не собираюсь делать вид, будто мы незнакомы. Моя мама замужем за его отцом, у нас теперь есть общий брат, Максим. Ему только год, но он уже вылитый Топольский. Если случайно станет известно, что мы сводные, мы оба будем выглядеть глупо.

А так мы сводные, которые живут в параллельных мирах и никогда не пересекаются. Это проще и понятнее.

Никита медленно выпрямляется, уголки губ изгибаются в усмешке, в глубине глаз появляется незнакомый блеск.

Это его новый апгрейд, я не помню такого Никиту. И мое плохое зрение здесь ни при чем. После операции на глазах зрение полностью восстановилось.

— Я выбрал, — медленно отвечает Ник, а я всеми силами стараюсь унять мелкую дрожь, вызванную вибрациями его голоса. — Двойной эспрессо.

— Кофе в автомате, автомат у тебя за спиной. Напитки все делают себе сами, — плавно веду рукой по воздуху. Пусть думает, что я показываю на автомат, хотя на самом деле я отгоняю призраки прошлого.

Из-за Никиты на раздаче образовался настоящий затор, а скоро закончится перерыв. Чтобы все успели пообедать, нам с Оливкой придется работать вдвое быстрее.

Но Топольского мало волнуют проблемы других.

Он размазывает глазами мои губы, а его низкий голос впечатывает меня в пол:

— Хочу, чтобы ты сделала.

Его слова звучат слишком двусмысленно, хочется ответить достойно, но сейчас меня хватает лишь на то, чтобы мотнуть головой.

— Я не делаю кофе.

— Так я и не о кофе, — Никита говорит негромко, но я его слышу.

Услышала бы, даже если бы он только подумал.

— Кит, хочешь я тебе сделаю? — из-за плеча Топольского выглядывает его поклонница со слетающими трусами.

Она смотрит на Никиту затуманенными глазами, полными восторга и обожания, и облизывает губы.

Топольский разворачивается, окидывает ее оценивающим взглядом. Затем переводит глаза на меня, и мне хочется прикрыться.

Один из парней, которые пришли с Никитой, толкает его в плечо.

— Не тупи, Кит. Эта малышка со вчерашнего вечера тебя клеит, а с Мари ты только время потратишь зря. Она же недотрога, ни с кем не мутит.

— Даже так? — Топольский насмешливо приподнимает бровь. — Недотрога, серьезно? Скажи еще, что она целка, Джас.

Я растерянно моргаю, не знаю что ответить. Краска бросается в лицо — я не привыкла, чтобы меня обсуждали, делая вид, что я слепая и глухая.

Приятель Никиты пожимает плечами.

— Я не проверял.

Лицо Топольского становится непроницаемым, но в глазах закипает ярость.

— Ладно, пойдем, Джаспер, — он поворачивается к девушке: — Приноси кофе после лекций на стадион, заодно отсосешь мне, пока я буду его пить.

Разворачивается и врезается плечом в толпу. Парни переглядываются и следуют за ним к выходу.

— Мне фасоль и бекон, — слышу как сквозь вату, и мне требуется некоторое время, чтобы понять, где все это брать.