— Я хочу вам верить, — уже мягче произносит она, наблюдая за своим немецким мужем. — А я смотрю, вы так и живете на две квартиры. Ну это же не дело. А ребенок родится? Таскать его туда-сюда будете?
— Ну что вы, Лаура Эдуардовна, — выдыхаю я.
Марина! Лучше тебе выйти быстрее и стать моей женой.
Мое терпение заканчивается.
— Мы купили дом. Там сейчас перепланировка и ремонт. Дочь мы привезём туда.
— Как? Вы всё-таки продали квартиру моей дочери? — распахивает глаза, словно случилось страшное.
— Нет. Скажу больше, мы и мою не продали. Как-то наскрёб на собственный дом. Я же бандит, забыли? — усмехаюсь.
— Всё шутите, — фыркает она. — Но уважаю. Мужчина.
— Ох, спасибо… — замолкаю, ибо начинается музыка и выходит Марина.
Лаура Эдуардовна под моим удивленным взглядом заботливо стряхивает пылинки с моего пиджака и быстро отходит, садясь на место.
Поразительная женщина. От слова «парадокс».
Моя женщина идет ко мне. Не одна. С моей дочерью. И это тоже так символично. Наш ребенок присутствует на нашей свадьбе. Что-то в этом есть. Мне нравится.
Марина прекрасна. Белое платье в греческом стиле, с лавандовым поясом. Платье не то чтобы скрывает наш чудный животик, оно его подчеркивает. Вот. За это я и люблю свою девочку, ей также пофиг, что скажут люди, как и мне. Она гордо несет себя со счастливой улыбкой.
И я безумно счастлив, что судьба нас столкнула.
Слава становится рядом с Мариной, Рус – со мной. Они поодаль, конечно. В центре внимания мы. Но между нами летают молнии.
Ой, умерьте вы свои агрессивные флюиды. Это наша свадьба.
Беру Марину за руки, заглядываю в глаза. Улыбается.
— Красавица моя, — шепчу ей одними губами. Довольная.
А дальше речь ведущего, который ведёт церемонию. Что-то красивое и приторно-сладкое. В общем, не вникаю. Всё придумала моя женщина, и главное, что ей нравится. Я просто смотрю на Марину, и мне достаточно.
Заветные «да». Кольца на пальцы. Целуемся.
Затягиваю поцелуй, слыша недовольный вздох мамы.
Ах, идите вы к чёрту. Это моя жена, и я хочу её целовать.
— Ты забыла мне кое-что сказать, — шепчу ей между поцелуев, пока не подпуская к нам людей с поздравлениями.
— Я вроде бы не забыла сказать «да»? Чего вы еще от меня хотите, господин Бережнов?
— Госпожа Бережнова, когда я дождусь от вас заветного «люблю»? Меня, знаете, начинает это сильно напрягать.
— Ах, вы об этом. Какие глупости, — смеётся, покусывая меня за губу.
— Я тебе дам «глупости». Быстро призналась мне в любви, — наигранно рычу ей в ответ.
Да знаю я, что она меня любит. Она часто в этом признаётся. Только, к сожалению, не напрямую мне.
— Ладно, уговорили. Люблю.
— Мало, — предостерегающе смотрю на маман, которая уже спешит к нам с цветами. Останавливаю её взглядом.
— Какой требовательный муж.
— Марина!
— Да ну прекрати, — повисает у меня на шее.
