— Я смотрю, тебе вообще не жалко платье, — произносит возбуждённым хриплым голосом.
— Почему это? — улыбаюсь, как дура, облизывая губы, когда смотрю, как Богдан снимает боксёры.
Ой, мамочки. Захлопываю глаза. Какой большой мальчик. С утра на ощупь я не успела его оценить.
— Потому что, если не снимешь сама, я его порву, — угрожающе рычит.
И вот, несмотря на то, что я как бы сопротивляюсь и пытаюсь избежать секса, по моему телу идёт горячая, обжигающая волна возбуждения.
Да к чёрту всё!
Я же хочу. Очень хочу. Низ живота сводит от возбуждения.
Если что, завтра скажу, что была пьяна и Богдан Гад Борисович мной воспользовался.
Открываю глаза и смотрю на Богдана с вызовом! Сажусь на колени и под его горящим взглядом решительно снимаю с себя платье. Бюстгальтера на мне нет, как и колготок.
Хватаюсь за резинку трусиков, закусывая губы, потому что его реакция на мое тело такая, что спирает дыхание.
Мои мозги со мной прощаются. Я забываю о своем плане, о том, что пьяна… Обо всем на свете.
— Не трогай трусики, — низко произносит Богдан, качая головой, и становится коленями на кровать. Замираю. Он совсем рядом, мы лицом к лицу. Медленно моргаю, начиная плыть под его взглядом. Горячее дыхание обжигает лицо, сглатываю.
— Выключи свет, — шепотом прошу его я.
— Нет. Я хочу смотреть на тебя. Меня заводит твое тело и твоя реакция. Ты прекрасна. Нельзя это прятать, — хрипит он мне и слегка толкает, вынуждая упасть на подушки."
"Всхлипываю, стискивая покрывало руками, когда Богдан наклоняется, ведет носом по моему животу и цепляет зубами мои трусики.
Ой, мамочки. Он снимает с меня белье зубами.
Его щетина приятно колет кожу, которая остро реагирует на каждое прикосновение.
Всё. Я полностью обнажена.
— Согни ноги в коленях и разведи, — просит грубый мужской голос. Я ничего не соображаю. Тело ватное и горит. Но мне и не нужно ничего делать. Богдан сам помогает мне развести ноги.
— Ах, — срывается с моих губ, когда он целует меня прямо туда. Черт. Зачем я отказывалась? Это так… — А-а-а-а-а, — выгибаюсь, закатывая глаза, когда его губы всасывают мой клитор. Это так чувствительно. — Боже! — выкрикиваю, когда этот умелый язык начинает выписывать круги, а наглые пальцы врываются в меня.
— Бог здесь ни при чём, детка, — усмехается и прикусывает мой клитор. И это тоже так чувствительно, что я почти кончаю.
— Нет! — распахиваю глаза, когда Богдан оставляет центр моего удовольствия и нависает надо мной. Я хочу еще. Да, мне много уже и не надо. Ещё чуть-чуть, и я снова буду в раю.
— Ммм, какая жадная девочка, — целует мои губы, передавая мне вкус моего возбуждения. Спускается ниже, уже агрессивно всасывает кожу на моей груди, кусает соски.
Его твердый член упирается в мои складки. И давит.
