Все же подстроено!"
"Неужели мне сейчас вменяют в вину то, что я встречалась со своим братом? Да, мы действительно попросили всех выйти, потому что Николас должен был проверить мой амулет, который пришлось бы снять. А это очень тонкий момент, об этом никто не должен знать.
– Даже не пытаешься отрицать? – бровь Рэгвальда поднимается. – Быть может, было правдой и то, что это был план – оставить меня без наследника, ослабить клан? А потом сбежать с хм… братом?
Я качаю головой и пытаюсь подобрать слова, чтобы хоть как-то защититься от несправедливых обвинений. Но что бы ни приходило в голову, все звучит как оправдание или отговорка.
– Ты же не можешь действительно верить в это? – пытаюсь я воззвать к разуму Рэгвальда. – Разве я давала хоть когда-то повод во мне сомневаться?
– Ты не выйдешь за пределы дома, – рычит Рэгвальд и поворачивается к служанке: – Распорядитесь из платьев моей жены оставить только домашние и проследите, чтобы она не покидала замка.
Служанка кланяется и исчезает в дверях.
– С тобой мы еще поговорим отдельно, Лин, – бросает мне перед выходом муж. – Жду тебя на завтрак в столовой.
Перед тем как закрыть дверь, Делирия посылает мне многозначительный взгляд. Она настроена решительно. Что же мне делать?
Служанка возвращается с несколькими домашними платьями, помогает мне переодеться и причесаться. Все происходит будто бы во сне, будто не со мной. Мне безумно хочется проснуться и понять, что увиденное мной – лишь кошмар, на который не стоит обращать внимания. Что Рэгвальд все еще любит, что…
Вселюбящие праотцы, помогите! Вы благословили наш брак, так отчего лишили меня радости материнства? За что?
Я ничего из украшений не забрала с собой.
Все утро стараюсь отвлечь себя от мыслей о том, что уже к вечеру я буду по статусу ненамного выше служанки, которая причесывала меня сегодня. Только она-то свободная, а я… навечно привязана к Рэгвальду.
А может, сбежать? Надо лишь весточку Нику передать. Он точно поможет.
Нет, вдруг муж передумает объявлять совету, а к концу срока у нас все получится? Но смогу ли я забыть…
На обед я тоже не иду.
То место, которое мне было дорого самыми романтичными моментами с Рэгвальдом, теперь пропитано предательством. Поэтому я возвращаюсь снова в комнату и какое-то время просто сижу, глядя в одну точку.
Вздрагиваю от того, что открывается дверь.
